Желание уйти было сильным, но я переборола его. Поправила воротничок, вытерла слёзы и заставила себя улыбнуться.

Разумеется, на меня смотрели — а как же иначе, событие вечера, неуклюжая студентка, но я целенаправленно шагала к тазу с яблоками. Если не выиграю, все с косточками съем.

Дело двигалось споро: яблоки раз за разом оказывались в моих зубах. Войдя в раж, не замечала ничего и никого вокруг, доказывая, что вовсе не плакса, а боец.

Партию с Лазавеем мы переигрывали. От ничьей гордо отказалась, заявив, что победами не разбрасываюсь.

Магистра позабавил мой боевой настрой. Он не поддавался, сосредоточенно выискивал глазами удобный плод, а затем пытался его ухватить.

И вот осталось всего одно яблоко.

— Ваша очередь, Агния, но всё равно не вытянете, — подтрунивал Лазавей.

— А если вытяну, тогда что? — парировала я. — Вы освободите меня от наказания?

— Ничего, просто продолжите барахтаться в холодной воде.

Помнил ли магистр о том, что пообещал на Омороне? Кажется, помнил, потому что не стал интересоваться, что я имела в виду. И предстоит мне собирать эти проклятые сущности…

Сосредоточилась и предприняла попытку укротить яблоко. Не вышло. Не получилось и у Лазавея.

Но я упрямая, собралась и поймала его под аплодисменты собравшихся. Хлопал и магистр, заверив, что ему ничуть не обидно.

Лучшей в Академии, впрочем, я не стала, но настроение улучшилось. После пунша — так особенно.

Победитель — студент четвёртого курса с Факультета активного чародейства — получил целую кадушку яблок и теперь не знал, что с ними делать.

Начались танцы, во время которых забылась, вспомнив вечеринку в Школе иных, забралась на стол и зажигательно отстукивала ритм каблучками. Справедливости ради, не я одна стремилась к небесам, оказавшись в хорошей компании.

Со стола меня стащил Лаэрт и закружил в замысловатом эльфийском танце. Я не поспевала за другом, ноги смешно болтались в воздухе, выписывая па по собственному желанию и разумению. Потом меня выловил Липнер, ещё какой-то парень — и понеслось…

В конце праздника объявили танец, на который дамы приглашали кавалеров. И я решилась. Пунша внутри плескалось достаточно, сердце и разум пришли к согласию.

Лазавей стоял неподалёку. Без Тшольке. Он не танцевал, а беседовал с магистром Тревеусом, деканом нашего факультета.

— Разрешите вас пригласить, — чтобы не передумать, на одном дыхании выпалила я.

Магистр обернулся, недоумённо глянул на меня. Не расслышал? Может, и к лучшему? Тихо уйду и потанцую с Лаэртом, если эльфа никто не занял. Даже если и так, кавалер найдётся: я у стенки не застаиваюсь.

— Вы что-то хотели, Агния?

— Танец, Эдвин, — подсказал декан. — Ты сегодня популярен: целая очередь выстроилась.

Обернулась и заметила пяток девиц разного возраста, пожиравших глазами магистра. Воистину, он не испытывал недостатка в женском внимании! Нет, в Академии есть пара других преподавателей, от которых студентки млеют, но вот Лазавей… Привлекательный, всё же, чертяка!

Подумала: 'Вдруг откажет?', и сердце сжалось.

— Девичий танец, да? Хорошо, давайте. Рад, что пришли в себя.

Радостная, довольная, вручила ему ладошку и вздохнула.

Не хотелось, чтобы танец кончался, чтобы Лазавей отпускал меня. Вот бы его пальцы вечно лежали на талии, а я касалась его рубашки и шерстяной жилетки.

Тогда, во время танца, приняла решения попытать судьбу. Если служебные романы не запрещены, то возможен роман и со студенткой.