Loading...
Изменить размер шрифта - +
 — Ты добьешься больших успехов, Нэнси.

— Благодаря тебе и с твоей поддержкой, — прошептала она.

— Буду счастлив помогать тебе во всем и чем смогу, — ответил Курт. — И учиться у тебя.

Нэнси засмеялась.

— Чему?

— Разгадыванию тайн вроде «черной комнаты», — сказал он, нежно целуя ее в висок.

— Подумаешь, тайна! Ты и сам в два счета раскрыл бы ее, пусть чуть позднее.

Курт и в самом деле с легкостью разрешил бы эту загадку, как только занялся бы ею, но ему хотелось укрепить в Нэнси уверенность в своей исключительности. Он проникновенно посмотрел на нее.

— Не преуменьшай свои достоинства, дорогая. Знай, что ты очень одаренный архитектор… и восхитительная женщина!

— Перестань! — Нэнси уткнулась лицом ему в грудь.

— Ты у меня тоже скромная и не гонишься за славой, — произнес Курт ласково. — Это здорово. Тебе просто нет цены, Нэнси!

Молодая женщина подняла голову и быстро поцеловала его в губы.

— Кстати, Генри уже предложил мне взяться за новый объект, — быстро произнесла она, смутившись от многочисленных похвал.

— Да? Какой именно? — полюбопытствовал Курт.

Нэнси хихикнула.

— Не поверишь! Какому-то привередливому старику искусствоведу взбрело в голову восстановить и модернизировать семейный склеп.

— Ого! Очень интересно!

— Подробностей я еще не знаю. Генри не нашел письмо от заказчика, но я уже дала согласие.

Неожиданно Курту вспомнилось, как он представлял Нэнси в окружении роскошной тропической растительности. И от желания действительно увидеть ее на экзотическом острове у него перехватило дыхание.

— Послушай, милая… может, ты скажешь Генри, что приступишь к работе только через месяц, а?

Нэнси округлила глаза.

— Ты что! Я и так бездельничала непростительно долго. И потом, должна быть благодарна ему за то, что он вообще согласился снова принять меня на работу.

— Ты бездельничала, но не отдыхала, — возразил Курт, возгораясь желанием осуществить свою мечту. — Нэнси, милая, у меня возникла блестящая идея! Полетим со мной на Филиппины, прямо сейчас… Ну, через несколько дней.

У Нэнси заблестели глаза. Она принялась о чем-то размышлять, явно окрыленная предложением, но одновременно терзаемая какими-то сомнениями.

— Тебя что-то смущает? — спросил Курт.

Нэнси кивнула.

— А как же склеп? — спросила она растерянно. Ее лицо приняло настолько умилительное выражение, что Курт порывисто наклонился и покрыл ее щеки, лоб, нос, губы десятком легких поцелуев.

— Склеп никуда не денется, — произнес он, отстраняясь. — Будем надеяться, что хозяину он не потребуется в ближайшем будущем.

— Но ведь я уже пообещала Генри, что займусь им.

Курт почесал затылок.

— Хорошо, я поговорю с ним. Спрошу, может ли склеп подождать. Если нет, пусть перепоручит работу кому-нибудь другому. Лансу, например.

Видя, что Нэнси все еще колебалась, он прошептал:

— Ни о чем не беспокойся. Обещаю, что все улажу. Генри, как только услышит, что нам захотелось отдохнуть вдвоем, сам скажет, что отпускает тебя… Он у меня в долгу: помешал улететь на Филиппины, уговорив заняться Солуэем. Помнишь, я тебе рассказывал?

Нэнси медленно кивнула.

— В тот момент, когда Генри мне позвонил, я просто бредил подводным плаванием и прогулками по белоснежному песку, — произнес Курт мечтательно. Страстное желание отправиться на острова, никак не желавшее пробуждаться после возвращения из Солуэя, вдруг вспыхнуло в нем с неодолимой силой.

Быстрый переход