Салон тут же наполнился дымом. Дымило отовсюду, но особенно сильно плевался сыпун, по задумке он должен выводить газы подальше, но при штурмовке снежных преград его как-то неправильно выгнуло, и сейчас дымило чётко под кабину.

Вернув назад крышку, дышать стало легче, но если куда-то ехать, эту неисправность лучше устранить.

— Ну вот и славно... Прогреемся немного, и чухнем. — Олег довольно потер руки, и надел рукавицы. — Ты первый, я следом.

— Сразу к подвалу?

— Не знаю. — покачал он головой, — туда можем не проехать, давай сначала к дому.

Я хоть и сомневался что на таких колёсах можно застрять, но спорить не стал, не раз на собственном опыте убеждался в правдивости поговорки про джип и трактор. Поэтому, усевшись в неудобное, или просто непривычное, кресло нивы, молча развернул машину, и объехав уазик, двинулся вдоль дома.

Не знаю, может сугробы были недостаточно глубокими, может снег как-то поменял свои свойства, но весь путь я проделал легко, нигде даже ни разу не буксанув.

Возле подъезда, на остатках лавочки, уже сидел Леонид, и счастливо щурясь, дымил своей трубкой. Если на секундочку отвлечься от окружающего, его можно было бы принять за дедушку на завалинке, до того органично смотрелась эта картина. Единственное что мешало полному погружению — автомат на коленях, и магазины в разгрузке.

Остановившись рядом с пикапом, я заглушил мотор и вышел.

— Сколько там ещё машин? — лениво поинтересовался Леонид, выпуская целое облако дыма.

— Нисколько. Это всё. — огорчил я его.

— Херово. Значит ещё где-то катаются...

— Наверное. Но следов больше нет, да и по количеству трупов похоже, сколько насчитали?

— Девять.

— Ну вот, четверо в ниве и пятеро в буханке. Там как раз и мест столько же.

— Во, на ловца и зверь бежит. — повернулся я, к появившемуся из подъезда Славику.

— Что случилось? — подобрался тот.

— Ничего Слав, расслабься. — успокоил я его, — Надо канистры с бензином к самолёту перетащить, поможешь?

Отказываться он не стал, и дождавшись когда Олег припаркует буханку, мы подхватили одну из канистр, и продев в ручку кусок троса, — потащили к самолету.

Когда идешь налегке, оно вроде и не далеко, но по сугробам — а тропинка узкая, и на ней постоянно «тонешь» — ощущения совсем другие. Поэтому, когда дотащили, решили передохнуть. Славик уселся на канистру, я облокотился на шасси кукурузника.

— С пацанами тут пообщался, — вытирая со лба пот, и покопавшись в карманах, заговорил он.

— И чего они тебе поведали?

— Да вот, про приключения ваши в посёлке, только я не до конца понял, что именно там произошло.

О том что случилось тогда, мальчишкам мы не рассказывали — всё-таки не самые лучшие воспоминания, но в общих чертах, они, конечно же, были в курсе.

— И что именно тебя заинтересовало? — скривился я, демонстративно показывая нежелание поднимать тему.

— Ты только не подумай, я не из любопытства — смутился Славик, — просто слышал уже похожую историю. Не знаю, конечно, правда ли, но просто очень похоже на ваш случай.

— Говори, раз начал. — когда он замолчал, — подбодрил я его.

— Ну так вот, — тут же оживился он, — Разговорился я как-то с одним парнем насчёт золота, — типа почему бы не выменивать его у аборигенов на бусы, ну или на что-то подобное.

— Как у индейцев что-ли?

— Типа того. — кивнул Славик.

— И чего он тебе ответил?

— Сказал что скифы далеко не индейцы, и золота у них не так много, плюс идёт оно на вполне определенные цели.