Пока они разговаривали, женщина молчала, и только когда Аня поднялась, ответила.

— Не знаю, может я чего-то перепутала, но я позавчера передавала с Сашей для мужа тёплый свитер, — он сказал что в самолете очень холодно, а сегодня, полчаса назад, нашла его на том же месте в шкафу. Ну и решила что он вернулся.

— С Сашей казахом передавали? — уточнил я, отгоняя от себя неприятные образы всплывшие при упоминании его имени.

— Да, — подтвердила женщина, — он накануне заходил, молоко принёс, у них корова хорошая, ну и свитер забрал...

— А не может быть так что вы свитер забыли отдать? — спросила Аня.

— Наверное может. — коротко вздохнула женщина. — Не мог же он без Толика вернуться... Ну я пойду тогда?

— Да-да, идите конечно. — поспешил согласиться я. Тяжело вот так врать, пусть и не со зла. Даже не представляю что будет когда всё вскроется.

Дождавшись когда женщина отойдет подальше, я хотел сказать что-то по поводу её мужа, но Аня прервала меня, и развернувшись, молча побежала к самолёту.

— Ты чего? Стой! — бегать я не любил, летом ладно ещё, а зимой вообще сложно. Обувь неудобная, одежда тяжёлая, потеешь, потом мёрзнешь...

Но Аня только ускорилась, и мне ничего не оставалось как последовать за ней. Снег хрустит, ветер задувает под куртку, но я всё же разогнался, и обогнав её уже перед финишем, встал у двери.

— И так сил нет, а ты тут ещё бегать заставляешь...

— Открывай. — ни на что не обращая внимания, Аня подвинула меня и толкнула примёрзшую уже дверку.

Та неохотно поддалась, и открывшись до половины, остановилась.

— И чего тут? — я повернулся к проёму, и протолкнул дверку дальше.

Мешка с золотом не было. Точнее мешок оставался на месте, но без содержимого.

— Ну ё-моё! Как так то? Мало того этот урод сам сбежал, так он ещё и золото упёр! Говорил я Андрюхе остаться! Ну как так-то?!

Моему отчаянию не было предела. Жалко было не столько само золото, сколько пугала перспектива объясняться. Ведь на слово не поверят, скажут: было золото? — было! Был человек? — был! Тебе доверили? — Тебе! Ну и всё, без разговоров козлом отпущения сделают. И самое главное ни одного следа. — Я быстро огляделся. Не по воздуху же он на самом деле бегает?

Мешки, тряпичная обертка, бечевки...всё на месте. А содержимого нет.

— Отойди ка... — протолкнув меня дальше, в салон поднялась Аня.

Я же продолжал возмущаться, перебирая лежащие на полу тряпки.

— Не пойму только на хрена он распаковал то всё? Это ж долго и неудобно? Он что, идиот?

Сомнений в том что Рустам и есть вор, теперь у меня не было никаких. Притворился «поехавшим», отвлёк как-то Леньку с мужиками, добежал до самолёта, спрятался где-то, может на крыле даже, — там если сверху лечь, не заметно будет. Дождался пока мы уйдём, проник в салон, хотя чего тут проникать, дверь то открыта. Забрал золото и свалил.

— Не просто идиот, а ещё и сильный идиот... — каким то странным голосом объявила Аня.

— Чего? — не понял я.

— Он не только всё золото выпотрошил, он ещё и труп с собой забрал...

— Какой на хрен труп? — обернулся я к ней, и остолбенел...На полу, там где мы оставили Иваныча, лежал лишь кусок брезента.

Слов у меня не было. Если построенная только что версия хоть как-то тянула на правду — пусть и с оговорками, то с исчезновением тела всё опять вставало с ног на голову.

— Бочку ставлю? — откуда-то снаружи донёсся голос Андрея. Он уже вернулся.

Я вышел, и указав место куда ставить ёмкость, снова поднялся на борт и зашел в кабину. Как бы там ни было, а масло сливать надо. Ещё немного и колом встанет, тогда помучатся с придётся.