Но в этот раз мотор капризничать не стал. Чихнул пару раз, фыркнул, и набирая силу подхватился. Стрелки температурных датчиков лежали в крайнем положении, давление показывало немного больше нормы, генератор в зелёной зоне, остальное тоже приемлемо. Минут пять поработает и можно глушить, масло слить хватит.

Естественно я понимал что ни Рустам, ни кто-то другой из ныне живущих не мог вот так запросто вынести полсотни килограмм благородного металла, да ещё и труп с собой прихватить. Причём сделать это быстро, и совершенно бесследно. Как минимум следы должны были остаться. Вот только закостенелый мозг отчаянно цеплялся за любую возможность, лишь бы не верить во всякую ерунду. Ведь это что получается? Если без оглядки на общепринятые догмы? Был человек, и пропал. Из маленькой комнатки с одним выходом исчез, да ещё и прямо из под носа троих стражников. Не чудо ли? Оно самое! Точнее чертовщина.

А с золотом ещё страньше. Я, когда в дверь постучали, перстенёк один в карман спрятал, тот который разглядывал. Не специально, даже не понял как, на автомате. И уже в сторожке, сунув в карман руку, его там обнаружил.

И вот не могу вспомнить момент когда он исчез. Вроде теребил я его на нервах, потом на что-то отвлёкся, и вроде больше не замечал. И только сейчас, когда мы всё это увидели, стал рыться по карманам, но уже безрезультатно.

— Садись. — показав на кресло, позвал я Аню. Андрей в это время стоял возле оставшихся от золота тряпок, и недоуменно их разглядывал.

— Надевай. — когда супруга заняла место второго пилота, я показал ей на гарнитуру, и щёлкнув тумблером, включил внутреннюю связь.

— Слышишь меня? — спросил я, когда она разобралась с нашей нестандартной поделкой.

Аня поправила шапку, и накинула сверху капюшон, в кабине тоже было не жарко.

— Слышу.

— Я тут когда уходили с Лёнькой в сторожку, перстень в карман машинально сунул. — решил я поделиться.

— И где он? — буднично, как будто зная что я отвечу, спросила Аня.

— Пропал.

— Карманы не дырявые?

Я ещё раз проверил карман на наличие дыр, и убедившись что их там нет, сообщил об этом.

— Вылететь, пока бежали, не мог? — так же буднично допытывалась она.

— Да как он бы вылетел? Во-первых карман глубокий, а во вторых перстёнек сам по себе тяжелый...

— Слушай, а нам не почудилось это всё? — когда она ничего не ответила, я почему-то подумал про галлюцинации. Может и нет всего этого, может мы сожрали чего-то не того, или траванулись чем-то. А сейчас пройдет, схлынет наваждение, и всё устаканится. От этой мысли мне даже похорошело как-то.

— Нет, не почудилось. — покачала она головой, и протянула мне телефон с отрытой галереей.

Трупов тут не было, а вот несколько украшений Аня зафиксировала.

Тут и серьги, и колечки кучкой, и браслет, и даже общий вид всего этого богатства.

— Ну да... Не показалось. А ты как поняла что золото пропало?

Когда Аня побежала к самолету я хотел спросить что она там забыла, да еще так резко, но обнаружив пропажу, забыл обо всём на свете.

— Да просто отвлеклась на секундочку, представила самый невозможный, на наиболее логичный вариант, и всё встало на свои места. — чуть с заминкой, но всё же ответила она.

Я задумался. А какой я вижу логичный вариант? Куда могут средь бела дня исчезать люди?

— Не знаю как, — не дала мне подумать Аня, — но мне кажется что тут произошло тоже самое что с нами весной, они просто перенеслись во времени.

— Нет но...

— Не перебивай пожалуйста, дай я мысль закончу. — остановила меня она. — Люди не первый раз бесследно исчезают, и в самом начале, и позже несколько раз так было.