Только сейчас она заметила, что голова Дениса обрита, а вместо роскошных рыжих кудрей – окровавленная повязка. Лишь голос друга был прежним, узнаваемым и, услышав его, Соня почти улыбнулась.

– Видишь, Соня, старею, вот и решил сделать пластическую операцию, – грустные глаза Дениса не вязались с деланно бодрыми нотками в голосе. Как ты покаталась в воскресенье в парке?

– Отличное скольжение, вот только… Всего час там выдержала, скучно без тебя, – призналась Соня.

– Ничего, говорят, через месяц можно будет встать на лыжи, – грустно сказал Денис. – В конце концов, ведь только башка пострадала, а не ноги или руки. Сонь, ты давай… не теряй спортивную форму! Тренируйся без меня, поняла?

С того дня Сонины лыжи пылились в кладовке. Кататься одной желания не было.

«Лыжный сезон можно считать закрытым», – грустно отметила она про себя, взглянув в окно на осевший сугроб. Вскоре другие, более насущные заботы заставили Соню забыть про лыжные прогулки.

Видеоклип ее жизни внезапно закрутился в режиме ускоренной перемотки. На Соню вдруг свалились неплохие деньги за частный заказ, который она выполнила месяца три назад и потеряла всякую надежду получить вознаграждение. Вскоре, как говорится, «деньги к деньгам», подошел срок получать наследство, завещанное одинокой тетушкой. К удивлению Сони, у старушки пенсионерки кроме приватизированной комнаты в коммуналке, оказались кое какие сбережения на сберкнижке. В общем, жизнь стала налаживаться.

Словно почуяв Сонину платежеспособность, на горизонте нарисовалась подруга детства Виолетта, давно бросившая свою районную больничку вместе с копеечной зарплатой и выучившаяся на пластического хирурга. Теперь Вита без устали кроила девушкам изящные носики, подправляла молодящимся бабушкам обвисшие веки и делала круговые подтяжки лица дамам под полтинник, охотно платившим большие деньги за иллюзию победы над временем.

Кстати сказать, сама Виолетта выглядела потрясающе – по меньшей мере лет на десять моложе Сони, хотя они были ровесницами. Эффектная внешность была залогом успешной карьеры докторши. Владелец модной клиники требовал, чтобы врачи и сестры сами ложились под нож и становились ходячими рекламами вечной молодости. Еще бы! Красота медперсонала являлась залогом удачного бизнеса, а дела в клинике в последние годы шли отлично. Виолетта выболтала подруге, не удержавшись, немало врачебных тайн: кто из звезд кино и шоу бизнеса купил у них вторую молодость. Список известных пациентов получился довольно таки внушительный.

– Вижу, Сонечка, пора тобой основательно заняться, – ворковала Виолетта, – ты что, не в курсе: стареть теперь немодно. Если хочешь хорошую работу получить или удачно замуж выйти, ты просто обязана решиться на операцию. Выгодная партия, дорогуша, тщательной работы над собой требует. Не беспокойся, уж я то похлопочу, чтобы операция обошлась тебе дешевле, чем пациенткам "с улицы". Моя консультация, естественно, обойдется тебе бесплатно. Оперировать тоже буду "по льготному тарифу". На твое пребывание пару суток в палате оформлю скидку, как родственнице. Какие счеты между давними подругами! В общем, Сонечка, договорились: в понедельник ты приезжаешь ко мне в клинику, и там на месте все подробно обсудим.

Все эти события не то, чтобы заставили Соню забыть про Дениса, просто теперь она не думала о нем каждую минуту, как прежде. Запихнула тревожные мысли, словно зимнюю одежду в шкаф, в дальний уголок памяти и стала готовиться к поездке в клинику пластической хирургии, назначенной через два дня.

Наутро дверь в их кабинет распахнулась, и на пороге нарисовался высокий мужчина с изуродованным лицом.

Сотрудники наперебой загалдели, засыпали коллегу шутками и анекдотами, стараясь не смотреть на него и изо всех сил делая вид, что ничего не произошло, что Денис такой же, как прежде.