Моргнув, чтобы стряхнуть слезу, юная вэйта забралась в кабину и одела шлем. Натужно взвыл двигатель.

Перегруженый дельтаплан с огромным трудом оторвался от земли и медленно, покачиваясь от каждого порыва ветра, полетел к северо-востоку.

3

По пути обратно к горам, никаких особых приключений не произошло. Парализатор был отрегулирован на среднюю мощность, и Джер аль Магриб должен был очнуться дня через три, страшно злым и голодным. Ри надеялась успеть.

Полёт занял двое суток. Ящерка летела без посадки, на большой высоте, включив автопилот. Она не ела четвёртый день, но организм вэйтаров мог выдержать двухнедельную голодовку. Единственное, чего боялась Ри – встретить грифона или дракона; медлительный и хрупкий дельтаплан был для них лёгкой добычей, и вэйте пришлось бы использовать парализатор, а значит, бросить крылатого с огромной высоты на землю. К счастью, обошлось без нежелательных встреч и, на исходе второго дня полёта, вдали показался гигантский стальной дракон.

А рядом, к изумлению Ри, была проложена прямая как стрела, гладкая, серо-жёлтая стеклянистая взлётная полоса. Иполсокэ'йи, очевидно, времени не терял; в начале полосы стояла не слишком красивая, пузатая машина с треугольными крыльями и массивными бочками двигателей, прижатыми к фюзеляжу в местах крепления крыльев. Обшивка грузового шаттла тускло отливала серебром, снизу и на носу цвет плавно переходил в чёрный. Размерами корабль вдвое уступал вездеходу.

Ри посадила дельтаплан рядом со взлётной полосой. Как только машина коснулась земли, гигантский стальной дракон неподалёку ожил и повернул клиновидную голову в сторону гостьи. Но ослабевшая вэйта не спешила выбираться из кабины.

– Иполсокэ'йи, накорми меня чем-нибудь, – шепнула она в диск связи. Пасть железного дракона сразу открылась, оттуда выехал гусеничный робот с контейнером в манипуляторах. Сняв шлем, Ри тяжело вздохнула и принялась за еду.

*Как ты себя чувствуешь, эйстайи?* – тревожно промыслил вездеход.

– Мёртвой, – отозвалась вэйта.

*Я могу помочь?* Ри доела тёплую грибную похлёбку и устало откинулась на сиденье.

– Можешь, – сказала она невесело. – Погрузи моего пленника в шаттл и найди скафандр, подходящий ему по размеру.

*На борту нет таких скафандров*

– Что ж, тогда посади его в кабину.

*Ри, я вижу рисунок твоих биоритмов. Мне очень не нравится то, что я вижу.* Ящерка горько улыбнулась.

– Ты прав, Иполсокэ'йи. Я хочу порвать с этой проклятой планетой раз и навсегда.

*Порвать с планетой, или с жизнью?*

– А зачем мне жить? – коротко спросила Ри. – Я последняя в своём роду. Все, кого я любила, уже мертвы или пропали в других мирах. Все, кого я могла полюбить – меня предали. Надежды больше нет, в будущем – только кровь и война. Я не хочу такой жизни, Иполсокэ'йи.

*Ри, опомнись, сейчас ты в депрессии, она скоро уйдёт…*

– Ей некуда уходить, – горько ответила ящерка. – Война, которую я мечтала предотвратить, уже началась. Она продлится десять лет, затем ещё семь лет победители будут преследовать и добивать побеждённых. К тому времени Крафт и Минас уже погибнут, а они последние существа в этом мире, которым я не безразлична. Ри опустила внешние веки.

– Джихан, мой друг, обратился в камень вместе с Ронненбергом. Рогвальд стал нойоном, и теперь в нём больше от солдата, чем от гнома. Альтаир… – она запнулась, – …которого я любила, потерян навсегда.