- Ну-у... - тоже протянул ведун недовольно, впрочем, тут же улыбаясь.

А Марина снова засмеялась. Тяжесть, с утра придавившая ей плечи, обида, полдня мучившая её, - всё отлетело! Ей легко было говорить с Буклихом, и Шторма она теперь, кажется, тоже не боялась, хотя в общении с ведуном и оставалось довольно много непрояснённых вопросов. Впервые за месяц она почувствовала себя в каком-то смысле свободной.

- А что вам тут ещё пришлось по вкусу? - спросила она.

Буклих посмотрел на шутливо скривившегося ведуна и торжественно сказал:

- Здесь есть каменные пустоши, где можно попрыгать с камней!

Шторм расхохотался было, но мгновенно умолк, глядя на Марину. А на девушку накатило: она вспоминала, как мчалась по лыжне, ритмично взмахивая палками и время от времени взлетая на небольших трамплинах, и это впрыгивание в морозный, пахнущий мёрзлым деревом воздух!.. В секундный, но впечатляющий полёт... Полёт... Очнувшись, Марина виновато обнаружила заинтересованные лица обоих парней.

- Вы вспоминали! - чуть не обвинил девушку крылан. - Вспоминали что-то чудное! Признавайтесь, леди Марина, что в вашем мире было лучше моих прыжков с камней?

Девушка выдохнула и еле улыбнулась: недавнее впечатление, что она снова оказалась в заснеженном лесу, разноцветными искрами сверкающим в солнечный морозный день, было потрясающим. Словно и впрямь побывала там...

- Я любила бегать на лыжах, - вздохнула она. - Зимой, когда выпадет снег. И больше всего мне нравилась та лыжня, которая перемежалась небольшими трамплинами-горками. С них так здорово было... взлетать!

- А лыжи - это как? - поразился крылан.

Поскольку и ведун смотрел вопросительно, Марина, недолго думая, вытянула из столового зажима салфетку и, макая один зубец фруктовой вилки в соус с собственной тарелки, быстро нарисовала графическую фигурку на лыжах.

- Скудно, но выразительно, - оценил рисунок Шторм, передавая салфетку Буклиху. - Теперь я знаю, что такое лыжи. Есть такой спорт на играх зимней Олимпиады. Но, Марина... - он озадаченно взглянул на девушку. - Я не знал, что у тебя так много увлечений. Лыжи, рисование.

- Машина для вычислений, - мечтательно добавил крылан.

- Что?

- Я видел Марину недавно в читалке, - объяснил Буклих. - Она сидела за машиной и так строчила, что мне стало завидно. Впрочем, не знаю, насколько вы, Марина, хорошо владеете той машиной, но рисуете вы замечательно.

- Что ты, - сказала девушка, затаившись - поглядывая на ошеломлённого Шторма. - Какое рисование! Это так, просто почеркать ручкой или карандашом.

- И ты совсем не училась? - кажется, незаметно для самого себя перешёл на "ты" крылан, восхищённо глядя на салфетку.

- Немного. Правда, сама. - Марина смутилась и призналась: - Мне хотелось научиться рисовать так, как рисовал Бидструп свои серии жанровых рисунков. Но я неусидчивая, да и журналистика требовала... - Она прикусила язык.

Но парней заинтересовало другое.

- Бидструп? - переспросил Буклих.

- Марина, - перебил его ведун, кажется пришедший в себя после открытия, что девушка умеет работать с компьютером, и заинтригованный новой идеей, - а ты лыжню вспомнила по ассоциации с прыжками Буклиха? - И Шторм как-то странно посмотрел на крылана, будто на что-то намекая.

- О, я и забыл! - оживился тот. - Леди Марина...

- Буклих, давай уже на "ты"! - смеясь, предложила девушка. И усмехнулась: - Думаю, Шторм не будет против!

Крылан ухмыльнулся, глядя на ведуна, а тот пожал плечами.