До Бронвин не сразу дошло, о чем идет речь; она покачала головой и вытерла слезы.

— А я думала… — начала она, но Хасим перебил ее:

— Ты думала, что я прибыл сюда, чтобы приглядывать за Магнусом. — Он улыбнулся. — Поверь мне, он сам прекрасно может позаботиться о себе. А волшебница держит в своих изящных ручках сердце и голову Риллиона. Алдженон не стал мне всего рассказывать, но он знал: происходит что-то странное. Я обычно стараюсь не волноваться по поводу вещей, о которых мне не рассказывают, но последние события — это нечто большее, чем опрометчивые поступки твоего отца и гордыня короля.

Какой-то звук, донесшийся сверху, заставил их поднять головы; с деревянного потолка посыпалась пыль. Несколько человек шли по верхнему параллельному туннелю.

— Проклятье… рыцари нашли потайные туннели. — Хасим посмотрел в ту сторону, куда они направлялись, и спросил: — Далеко до выхода?

Бронвин подумала несколько мгновений, прежде чем ответить.

— Скоро туннель повернет направо, а потом нужно будет спуститься в пещеру. Чтобы выбраться отсюда, надо пройти через эту пещеру.

Хасим спрятал в ножны кинжал и вытащил ятаган.

— Значит, надо пошевеливаться, госпожа.

Они пустились бежать по темному туннелю. Хасим двигался впереди и держал ятаган наготове. Когда они приблизились к повороту, какой-то звук, на этот раз донесшийся со стороны выхода, заставил его насторожиться. Хасим резко остановился и прижался спиной к стене, жестом велел Бронвин держаться подальше и приложил палец к губам. В этот момент за поворотом мелькнул отсвет факела.

Хасим кивнул на короткий меч, который Бронвин заткнула за пояс.

— Ты хорошо умеешь с ним обращаться? — прошептал он.

Она хотела было улыбнуться, но не сумела, страх исказил ее черты.

— Бром учил меня, но мне никогда прежде не приходилось сражаться в платье.

Послышались шаги людей, звон железа, и Хасим произнес:

— Ну что ж, вероятно, скоро у тебя появится возможность применить на деле уроки твоего брата.

Он прижался к стене; вертикальная деревянная опора служила им прикрытием. В туннеле царила темнота, Бронвин и Хасим были в темной одежде. Возможно, враги их не заметят…

Свет факела становился ярче, шаги рыцарей приближались. Хасим вытащил крис и прижал оба клинка к груди.

— Пусть подойдут поближе. Людям в доспехах тяжело сражаться в узком пространстве.

Девушка тяжело дышала, на ее лбу выступили капли пота.

— Бей в лицо и по шее, вряд ли на них сейчас шлемы, а латы ты таким клинком ни за что не пробьешь. Или падай на колени и целься в бедра и пах.

Она едва слышала, что он говорит, перед глазами возникла какая-то пелена.

— Бронвин, — тихо произнес он. — Ты должна сосредоточиться. Иначе эти люди тебя убьют.

Ей захотелось очутиться где-нибудь в другом месте, подальше от этого тесного потайного хода, подальше от человека из Каресии, который стоял рядом…

Тогда Хасим резко ударил ее по щеке.

— Госпожа, я не смогу перебить их всех, если ты будешь стоять и трястись от страха.

Бронвин взглянула на него без гнева, на лице была решимость сражаться до конца. Она сделала несколько глубоких вдохов и кивнула человеку, который вызволил ее из плена.

Сжимая в руках меч, она ждала. Хасим не смотрел в ту сторону, откуда приближались враги; он уперся взглядом в противоположную стену. Девушка услышала, как он шепчет молитву Джаа, Огненному Гиганту.

Они уже различали голоса приближавшихся людей; воины говорили на языке ро — это были Красные рыцари. Бронвин по голосам поняла, что врагов человек пять, и прикусила губу.