-  Помоюсь - скажу. А теперь сходи на кухню и поставь чайник. Кушать охота после такого нервного перенапряжения.

    -  Ты, Витя, смотри мне не указывай, - погрозил пальцем Кант, - а то сдеру с тебя за соучастие, мало не покажется!

    -  Я тебе жизнь, между прочим, спас, - напомнил я, намыливая мочалку. - А ты - сдеру, сдеру. Хоть бы спасибо сказал.

    -  А я и не нуждался, - с вызовом ответил Кант. - Они бы меня и сами отпустили. Я циклопам рассказал конвенцию о правах человека!

    -  Ну и что? Помогло?

    -  Если бы они поняли, то помогло бы. - Кант еще раз бросил косой взгляд на то, что у меня ниже пояса, хмыкнул: "В капусте, ну ни фига себе!" и вышел.

    Наконец я смог хорошенько намылиться в тишине и спокойствии. Намыливая спину, я позволил себе немного попереживать за судьбу Мусора, Севы и нелюдей, но потом решил, что раз с нами все в порядке, то и с ними тоже, и отбросил грустные мысли в самый пыльный уголок мозга. Чистота, как говорится, залог здоровья. Вот помоюсь, а потом будем и думу думать!

    Но не успел я подставить намыленную голову под теплые струи, как сквозь шум воды до моих ушей донесся приглушенный стук в дверь. Следом в ванную комнату ворвался взбудораженный Кант в одних трусах, с встопорщенной бородой и с куском хлеба в руке.

    -  Милиция пришла! - заговорил он страшным шепотом. - Тебя спрашивают!

    -  Ты открыл? - спросил я, лихорадочно смывая шампунь.

    -  Нет. Они там орут, чтобы ты дверь открыл!

    -  О-о-о! Когда же все это кончится?

    -  Когда котлы у Цеденбала остынут, - сказал Кант и скрылся за дверью.

    Мне же ничего не оставалось, как в спешке домываться и выскакивать в коридор.

    В дверь действительно колотили. Вдобавок чей-то деловитый голос требовал, чтобы я открыл дверь, это милиция. На всякий случай я посмотрел в глазок и в самом деле увидел двоих милиционеров. Один из них был тот самый, который спрашивал у нас на лестничной площадке у лифта, не видели ли мы чего подозрительного.

    Прежде чем открыть, я обернулся и увидел Канта, выглядывающего из кухни. Кант дожевал бутерброд и кивнул, дескать, можно открывать.

    2

    Молоденький милиционер замер в замахе, едва не стукнув кулаком меня вместо двери. Второй, чуть постарше, с видимыми следами начинающихся усов над верхней губой, козырнул:

    -  Добрый вечер, уважаемый. Почему не открываете?

    Я развел руками. Вид мокрого человека, завернутого по пояс в полотенце, говорил сам за себя. Милиционер неловко хмыкнул.

    -  Входите, а то я простужусь.

    Милиционеры вошли. Я же решил, что раз меня не скрутили сразу, значит, ничего страшного не произойдет.

    -  У вас в доме произошел инцидент, - начал тот, который моложе. - Как раз под вашей квартирой проживал гражданин по имени Аврелий Александрович Циклопедиус, известный в районе пьяница и бузотер. Сегодня днем в его квартире, вероятно, произошел взрыв, а сам Циклопедиус исчез. Вы ничего подозрительного не видели или не слышали?

    -  Признаться честно, нет. - Я-покачал головой. - Циклопедиус, говорите? Да я раньше даже этой фамилии не слышал.

    -  И взрыва не слышали? - Молодой милиционер потеребил подбородок и прищурился, - А мы с вами нигде раньше не встречались?

    -  Не думаю. Я редко выхожу из квартиры.