Он притих на минуту.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду.

– Во всяком случае, вскоре после этого мои родители пропали в море. «Спринг Индастриз» обанкротилась. Тогда я была очень занята, поднимая собственный бизнес и обеспечивая Лео, чтобы он мог доучиться в школе. Я только начинала становиться на ноги, когда разразился скандал с Итоном.

– И твой бизнес накрылся.

– Сократился, и с тех пор я посвятила себя его восстановлению. Так что как ни посмотри, я была настолько занята, что мне было не до личной жизни.

Все было не так просто, подумала она, совсем не так просто. Но она не знала, как выразить это словами. Понимание того, что на ее решение ждать влияла в некоторой степени природа психической энергии, к ней пришло только сейчас. Она не могла знать наверняка, но подозревала, что некоторая ее часть требовала подходящего, по крайней мере, в плоскости подсознания, мужчину.

Это была страшная мысль, потому что кем бы ни был Ник, он не был подходящим мужчиной.

– Ты были слишком занята. – Он не казался убежденным. Глубокий голос был задумчив.

– Ты, кажется, слишком переживаешь по этому поводу. – Она оперлась на локоть. – Ты всегда на свиданиях ведешь допрос с пристрастием после этого самого?

– Нет. – Его глаза блестели под длинными черными ресницами. – Я только хочу знать, почему ты ждала, вот и все.

Она отвела руку в широком всеобъемлющем жесте:

– Что я могу сказать? Жизнь шла своим чередом. Секса в этой череде не было.

– Скандал с Итоном, – сказал он спокойно.

– И что дальше?

– Я всегда знал, что в этой истории в газетах было что то не так.

– Без обид, Ник, но не обязательно быть талантом схематиком, чтобы понять, что большинство историй в газетах не слишком правдивы.

– Почему я?

Цинния поняла, что он имел в виду. Она смотрела в окно на лунный свет.

– Сегодня вечером это было правильно.

Услышанный ответ был гораздо более точен, чем это могло показаться Нику.

Он, казалось, все еще не был удовлетворен ее ответом. Но он взял ее руку, перевернул и поцеловал внутреннюю часть запястья. Его губы согрели кожу.

– Я рад.

Его глаза сверкали из под бахромы ресниц. Она не могла придумать ничего, о чем бы еще поговорить. Ник выпустил ее руку, чтобы посмотреть на часы.

– Почти полночь.

– Для владельца казино ночь только начинается.

– Но не для леди, которая должна утром пойти на работу. Лучше я отвезу тебя домой.

Не надо было быть первоклассным талантом, чтобы почувствовать – он старается отойти за невидимую черту. Теперь, когда сексуальное желание было удовлетворено, его суперосторожные инстинкты схематика лезли наружу. Он скрывался, отступал как можно дальше туда, где нет необходимости сталкиваться с неразберихой сильных эмоций.

В эту игру могут играть двое.

Она выдавила из себя, как она надеялась, оживленную улыбку.

– Ты прав. Уже поздно. – Она начала застегивать платье. – Кстати о делах, есть новости о Полли и Омаре?

– Нет. – Он оценивающе посмотрел на нее и застегнул рубашку. – В конце концов мои люди найдут их, но я сомневаюсь, что мы узнаем что то стоящее.

– Почему ты так говоришь?

– Подделать журнал сложно и слишком дорого. Физер не нашел никаких доказательств того, что у Полли и Омара были деньги или связи, которые требуются для такого мошенничества, не говоря уже о финансировании. – Ник пробежал пальцами по волосам, откидывая их со лба назад.