И тут же пожалел об этих словах. Что за идиотская гордость, что за дурацкое самолюбие заставляют нас причинять боль тем, кого мы любим?

Она молча взглянула на меня, затем подхватила свою сумку и вышла.

Я услышал, как хлопнула входная дверь. Неожиданно в ушах у меня зашумело, все тело налилось тяжестью. Я слегка пошатнулся и растерянно огляделся по сторонам.

Вокруг не было никого, кто мог бы поаплодировать моей победе или освистать поражение.

Глава 7

Шону десять лет. Он не знает, что ему дали наркотик, и поэтому вначале ему просто кажется, что все это сон.

Он лежит на опушке густого леса. Сейчас ночь. Лунный свет, пробиваясь сквозь облака, слегка серебрит траву. Корни деревьев покрыты мхом, воздух наполняет аромат влажной земли и увядающих роз. Шон трет глаза. Звезды в черном небе похожи на крохотные лампочки.

Что он здесь делает?

Его не то чтобы беспокоит эта ситуация — он расслаблен и чувствует себя просто замечательно, — но ему хотелось бы понять. Он не помнит недавних событий. Зато он помнит, что было раньше — в торговом центре в Майами.

Именно оттуда его похитили.

Последнее слово неожиданно всплывает в его сознании, но не вызывает у него никаких особых эмоций. Это еще одно доказательство того, что ему снится сон. Потому что иначе он ведь уже давно умер бы от страха, не так ли?

Шон разглядывает обстановку. Это место напоминает ему волшебный эльфийский лес из «Властелина колец», его любимого фильма. И музыка подходящая: церковный хор поет в сопровождении приглушенного звука струнных музыкальных инструментов что-то старинное…

— Кла-асс!.. — завороженно произносит он.

— Ну что ж, хорошо, — произносит кто-то. — Я рад, что с тобой все в порядке.

В другой жизни Шон наверняка испугался бы. Но только не сегодня. Темный силуэт человека, заговорившего с ним, лишь усилил его любопытство. Шон сел и обнаружил, что вся его одежда куда-то подевалась.

Он был совершенно голым.

— Тебе холодно? — спросила тень.

— Нет.

— Хочешь есть?

Шон машинально погладил живот:

— Да вроде нет.

— Хорошо.

Какие-то странные вопросы… Темный силуэт приблизился, и лунный луч — или то, что казалось лунным лучом, — осветил его лицо.

Это был мужчина. Взрослый. В нем не было ничего угрожающего. Разве что он был слишком толстым и напоминал огромного розового пупса — потому что тоже был без одежды.

— Мне нравится это место, — сказал Толстяк и вздохнул. — Как раз о чем-то таком я всегда мечтал.

Шон попытался сосредоточиться.

— Все это, — продолжал мужчина, — напоминает мне «Сон в летнюю ночь» Шекспира. И музыка подходящая — «Дэд кэн данс». Все как я хотел.

Он положил руку на плечо Шону, отчего тот невольно вздрогнул: прикосновение было неприятным. Слабый сигнал тревоги включился где-то в самом отдаленном уголке сознания и замигал, как крошечная лампочка рождественской электрической гирлянды. Но Шон еще не в силах был понять, что это означает.

— Не бойся, — сказал толстый человек. — Я не сделаю тебе ничего плохого.

Он слегка отстранился и обернулся, как будто хотел проверить что-то, потом прибавил:

— Я здесь для того, чтобы тебе помочь. Ляг. Расслабься.

Но Шону этого совсем не хотелось. К тому же он почувствовал, как ему в ягодицу впивается камень.

— Нет, — нашел он в себе силы ответить.

Потом пошарил под собой ладонью и действительно обнаружил камень.