— Олег, — закричал Антон. — Идут!

— Всем в крепость, — скомандовал я. Больше для проформы, потому что ребята уже и так знали, что нужно делать.

«Вовремя!» — нервничал я, взбегая на крышу. Со стороны леса на нас надвигалось нечто. Или — что-то. Я напряг зрение.

«Линзы бы новые вставить, — злясь на самого себя, подумал я. — А сколько раз собирался операцию сделать? Или на курсы Норбекова денег накопить?» Озаботиться насчет бинокля (хотя бы театрального!) отец-командир тоже не додумался! Ну наконец-то сумел рассмотреть мелкие фигурки, копошившиеся вдалеке. Опять цверги.

На «глазок» определить их количество было трудно, но оное умещалось в простое слово «много».

— Антон, зови Машу и Вику на крышу. Поднимите сюда четыре — нет, лучше шесть арбалетов и побольше болтов, — распорядился я, не спуская глаз с противника.

— А я? — на ходу спросил Антон.

— Вы с Андреем к двери на первом этаже. Остальные — к бойницам. Всем заряжать оружие!

Сам же не мудрствуя лукаво поджег сигнальный костер. На душе стало немного полегче. Но все-таки… А если не увидят? Или решат, что сами должны справиться? Ну а если…

Эх-ма, вот и всплыли мои первые упущения. Не позаботились пополнить запас болтов (ну хотя бы из дерева наделать!), не втащили на крышу бревна и камни. То, что на это просто не было времени, — кого это сейчас волнует? Мог бы сам, вместо того чтобы дрыхнуть, хоть что-нибудь сделать…

Пока занимался самокопанием, на крышу поднялись девчонки и мальчишки, тащившие оружие и боеприпасы.

— Ну куда становиться прикажете? — весело спросила Машка.

Моя женщина (жена? девушка?) была в боевых доспехах. Вот молодчина! А я даже и не заметил, где они у нее лежали. Вот что значит «дитя Застеколья»!

— Куда удобней, — буркнул я.

Ребята оставили оружие и спустились, а Вика с Машкой стали спокойно заряжать арбалеты. В тире они, что ли?

— Грызешься? — спросила Машка, оценивающе глядя на оставшиеся болты и выбирая — куда бы их пристроить.

— В смысле? — не понял я.

— В смысле — себя грызешь? У тебя же все на личике написано. Дескать, «хреновый я командир»! Это недосмотрел, то не продумал! Точно, Витька?

— Угу, — поддакнула мелкая чертовка. — Вот такими буквами!

— Слушай, а где твоя кольчуга? — поинтересовалась Белка. — Я что, зря ее сюда из Цитадели тащила? И вообще, кто это придумал — идти осваивать крепость без доспехов?

Я промолчал. Чего теперь говорить. Много чего я не продумал и не учел.

— Ну так ты за кольчугой-то пойдешь? — сварливо поинтересовалась она. — Понимаю, самому ее напялить совесть не позволит, так хоть девчонкам отдай. Вон, той же Витьке. И вообще, иди-ка ты вниз, а мы тут сами разберемся.

Точно. У Машки боевого опыта будет побольше, чем у нас у всех, вместе взятых. Я с чистой совестью спустился вниз, к бойницам. Там тоже суеты и паники не наблюдалось. Но все-таки, увидев меня Лена, Настя и Васька стали смотреть и двигаться чуточку веселей. А может, мне это просто показалось?

— Ну защитники, как дела? — бодренько спросил я. — Какой расклад?

Ответила Настя, ставшая лидером:

— Мы с Леной стреляем лучше, а у Васьки здоровья больше. Значит — мы стреляем, он — заряжает. Если кто лезет к бойницам, отмахиваемся. Только хотели спросить — сколько бойниц открыть?

А сколько их нужно открыть? Всего их двадцать.