— Вольно, — ответствовал я, недоумевая — то ли поддержать игру, то ли нет. Решил, что лучше вести себя естественно. — Можно разойтись и подойти ко мне.

Осмотрел своих «бойцов» более внимательно. Три особы женского пола. Две — лет двадцати и одна — уже пожилая девушка. У мужчин самому старшему около полтинника, а младшему — лет двадцать. Всех уже успели переодеть и экипировать. К поясам у девушек пристегнуты широкие ножи, а из-за плеч торчали луки. Если еще и стрелять умеют — так и совсем неплохо. Мужики были с саблями и с топорами. Чувствовалось, что они уже успели попривыкнуть и к оружию, и друг к другу. Это хорошо.

— Давайте знакомиться, — предложил я. — Меня зовут…

— Олег Васильевич, — невежливо перебил меня один из бойцов, самый маленький и наглый, — мы уже знаем. Читали. Как раз перед тем, как сюда попасть.

— Польщен, — чистосердечно ответил я. — Неужели подействовала?

— Не совсем, — усмехнулся старший. — Книгу-то читали, но в этих краях не из-за нее. У нас ролевушка была по Сапковскому. Решили ради прикола съездить на поляну «перехода». Вот и прикололись…

— Жалеете?

— Если бы жалели, нас бы тут не было, — добавила одна девица. Та, что постарше.

— Вот и славно, — заключил Гном, прерывая литературно-бытовые изыски. — Не продолжить ли нам занятия? Олег, помашешь кистенем?

— А почему бы благородному дону не помахать кистенем? — усмехнулся я, вытягивая из-за спины «гасило».

Оно было похуже того, что сделали умельцы из «хитрой» мастерской. Но, увы, «гэбэшный» кистень почил где-то в болоте, пришлось снова подбирать.

— Эх, дона Румату бы сюда, — вздохнул Гном, становясь передо мной. — Он бы нам показал искусство высокого боя двумя мечами.

— Так пригласите. Бабок на «мастер-класс» хватит, — предложил маленький и наглый, изрядно насмешив присутствующих.

— Классику читать надо, — снисходительно обронил кто-то из новичков.

— Подумаешь, классику, — фыркнул невежда, не знающий братьев Стругацких. — А ты «Черную книгу Арды» не читал. Позорник!

Я не стал говорить, что тоже не читал «Черной книги». Да что там, «Сильмариллион» не сумел осилить.

Молодежь создала вокруг нас широкий круг, предвкушая узреть, как «сойдутся два вождя, два мастера по делу фехтованья». Я же боялся опозориться перед подчиненными. Все-таки мой опыт не шел ни в какое сравнение с опытом Гнома.

«Как бы так проиграть, чтобы молодежь не очень смеялась, — подумал я, перебирая пальцами рукоятку, цепь и шипастый шар. Посмотрел на Гнома, на его топор и… случилось невероятное. Я понял, что выиграю. — Вот Гном проведет лезвие к моему бедру, отпрянет, имитирует удар топорищем в живот, — явственно представил я. — Я подставлю шар, а он в это время он чуть-чуть откроется, а я просто и, без затей брошу шарик ему в лицо. Главное — не попасть по-настоящему. Не увлечься!»

Гном посмотрел мне в глаза, улыбнулся и… с поклоном опустил топор.

Окружение поняло не сразу, что произошло. Но люди, прошедшие через пространственный барьер, тугоумием не отличались.

— Олег Васильевич, а ты как мастер Микацуси, — восхищенно проговорил мелкий.

Кто он такой, этот мастер, я не знал. Понятно, что из японцев. Их столько, что не запомнишь: кто-то рубил шелковые платки, от чьего-то меча листья шарахались, а какой-то умел рубить головы так, что жертва не сразу это и замечала… А мне бы сейчас запомнить имена моих воинов.