Теперь мы продаем наконечники копий из металла, а нам продают в основном рабов. А ведь нам самим не хватает металлов! Но цены рабов, предлагаемых северянами, очень низки, а потребность в них велика — ведь их используют на сельхозработах повсеместно.

В торговых делах произошли перемены. На главной площади появился рынок! Раньше торговля шла за городскими воротами, на специальном поле. В городе было тесно, проехать к площади было нельзя — только пройти пешком. Появились улицы, и упряжки быков стали тащить товары в его центр.

Торговля шла в основном с иноземцами — выходцами из степей севера или востока, гор запада или лесов юга. Местные товары продавались мало — все выращивали или делали примерно то же самое, и торговать просто не было смысла. А вот на товары издалека всегда имелся спрос.

Приезжая к нам, торговцы раскидывают свои шатры за городскими стенами. Однажды отряд кочевников — тассагитов напал на торговцев прямо под стенами города и разграбил караваны. Адаже не оказали им помощи — ведь торговцы для них, хоть и полезные, но чужаки.

Для предотвращения подобного и для удобства размещения торговцев я приказал сделать специальное предместье, огородив его стеной. Там купцы будут в безопасности в период торговли. Также я сообщил, что торговцы как гости города находятся под покровительством богов и должны защищаться городской стражей.

Все это должно улучшить товарооборот.

Как оказалось, кочевники теперь сами умеют делать волокуши и выращивать упряжных волов. Поэтому сбыт упал. Мы продаем им зерно, горшки, ткани, покупаем металлы, рабов.

Хорошенько обдумав все услышанное, я решил сделать упор на двух способах добывания средств.

Во — первых, это храмовая мастерская. Мы можем делать в ней то, чего не делают конкуренты — колесный транспорт. Я решил сделать все-таки именно телеги со сплошными колесами, тяжелыми, но прочными. Раньше применению колеса мешало отсутствие дорог. Теперь же, после двухсот лет переселений и торговли, появились пусть не «дороги» в полном смысле этого слова, но хорошо разведанные, знакомые караванщикам постоянные пути с накатанной колеей, пролегавшие по более менее ровной местности. По таким путям уже был смысл пускать колесный транспорт, что, конечно, подхлестнуло торговлю.

Во-вторых, в эту сессию я решил устроить совершенно новое предприятие, обещавшее отличные поступления в храмовую казну. Но дело это требовало больших инвестиций и моего отъезда из Адажиона на значительное время.

Это удивительное место ахайры открыли еще 40 лет назад, но бурные события последних двух сессий до сих пор не дали мне заняться им вплотную. Довольно большое соленое озеро в пустынной местности севернее Станубиса было бы отличным местом для добычи соли. Я давно уже решил основать там предприятие и первым делом поставил аванпост с небольшим отрядом для защиты будущих инвестиций. Теперь мы снарядили караван к берегам озера с намерением обосноваться тут окончательно, создав небольшое, но обещавшее стать крайне прибыльным предприятие по добыче соли.

Для путешествия мы взяли несколько повозок, волокуш, и наняли отряд ахайров. Охрана пригодилась — несколько раз мы видели на горизонте отряды тессагитов, наблюдавших за нами, но так и не решившихся напасть.

Через 6 дней пути мы прибыли на место. У меня оставалось 2 дня, чтобы все распланировать на месте, отдать указания и отправиться обратно.

Озеро было довольно большим — примерно десять фарсангов в ширину и тридцать в длину — и очень глубоким. Возможно, это был кусок моря, выкинутый вглубь континента во время Сдвига. В пользу этого говорили и огромная глубина, и остатки морских кораллов, увиденные мною на берегу.

Озеро располагалось как бы в котловине — чтобы подойти к воде, надо было спуститься метров на сто вниз.