Лили беспокойно играла брошью.

– Гас что-нибудь знает об этом? Может, она поэтому хочет от него избавиться?

– Мне неясно, что она знает и чего не знает. Сведения детектива пока очень отрывочные. У Гас с Робертом Эмори, помимо деловых, были и другие отношения, но явился Кэлгейн, и все пошло кувырком. Это Гас и Эмори должны были пожениться, а не Гас и Кэлгейн. Детектив пока не может выяснить, почему так случилось, что она вместо Роберта вышла за Кэлгейна, но он считает, что Кэлгейн что-то знает о ней.

– Ты хочешь сказать, что Кэлгейн шантажирует Гас? Тогда у Роберта тоже есть причина желать его смерти? Ведь он выступает в роли обманутого любовника.

– Да, кстати, пока мы говорим о любовниках… Тебе известно, где сейчас Гас?

– Да. Тебя ждет большой сюрприз, Лейк. – Лили неуверенно улыбнулась. – Френсис сказала, что они втроем отправились на пляж: Гас, Джек Кэлгейн и Бриджит.

– Они взяли с собой Бриджит?

Лейку было наплевать, что Гас с мужем делали в конюшне.

Они могли сколько угодно заниматься любовью, но последняя новость ему не понравилась. Он не мог больше ждать. Пришло время действовать.

Глава 23

Для усталых, утомленных городской жизнью людей калифорнийский Венис-Бич был одновременно и ярмаркой, и карнавалом.

Бетонное шоссе, изгибающееся вдоль берега лежащего в штиле океана, было, как обычно, переполнено загорелыми людьми, но не океан и не туристы сделали знаменитым этот пляж, а многочисленные бродячие актеры: жонглеры, фокусники, клоуны и эквилибристы, специализирующиеся на велосипедных трюках.

Глаза разбегались при взгляде на шумную, бурлящую толпу. Роллеры выделывали немыслимые номера на роликовых коньках, акробаты ходили на руках, но больше всего народу собралось у «Королевства колбас и сосисок» Джоди Марони. Дразнящие аппетитные запахи неслись из его кухни, поднимались от его гриля, в том числе аромат особенно популярной марокканской колбасы из ягненка, сдобренной пикантной смесью апельсина, чеснока и тмина. Почти у самой линии прибоя, под тентом, аккордеонист наигрывал веселые польки, но самым большим успехом пользовался аттракцион, где сжатый воздух, вырываясь наружу через небольшие незаметные дырки в асфальте, ко всеобщему восторгу, вздымал вверх дамские юбки. По всей набережной продавали с тележек дымящиеся горячие сосиски, пушистые облака сахарной ваты и мороженое всех цветов радуги. Один из уличных торговцев, снабженный похожей на дирижерскую палочкой, обещал с помощью электрошока излечить вас от всех болезней, начиная от мигрени и кончая чрезмерным сексуальным аппетитом. В длинной очереди к нему явно не было никого, кто бы страдал каким-то более серьезным заболеванием, чем солнечный ожог.

Сегодня Джек, Гас и Бриджит тоже толклись среди любопытствующей густой толпы. Поездка на пляж была идеей Джека, она пришла ему в голову во время их заключения в шорной.

– Если мы когда-нибудь выберемся отсюда, – пообещал он ночью Гас, – я отвезу тебя на Венис-Бич попробовать чего-нибудь из кулинарных фантазий Джоди Марони.

Когда утром Дэниел нашел их и выпустил из конюшни, Джек выполнил свое обещание. Не прошло и получаса после их освобождения, как, надев купальные костюмы под джинсы и майки, они с Гас уже садились в его джип. Он сказал Гас, что ее «мерседес» совсем не пляжный автомобиль, но не успели они отъехать и мили от дома, как Джек остановил машину.

– Бриджит, – не сговариваясь, произнесли они хором и посмотрели друг на друга.

– Давай возьмем ее с собой! – воскликнула Гас.

Джек на секунду заколебался. Он чувствовал себя меченым человеком и боялся подвергнуть опасности ребенка. Тот, кто следил за ним, не собирался предоставлять Джеку Кэлгейну день отдыха.