– Но зачем это Ларсию?

– Он хотел сделать из Искера своего преемника. Этот неприятный субъект, представьте себе, радеет о благе Адмара и думает о том, что станет со страной после его смерти, – ответила Фергия. – Правда, он не знает о вашем уговоре. Думает, трон займет кто-то один, а второго по заветам предков…

Она выразительно провела пальцем по горлу и прежде, чем кто-то из братьев успел вставить слово, продолжила:

– Говорил: если править станет Энкиль, ему скучно будет заниматься хозяйственными делами, и Адмар придет в упадок, а если Аскаль – бардазины обнаглеют и, чего доброго, захватят дворец, потому что правитель не захочет отрываться от книг.

– Ну что ж, у нас есть какое-никакое преимущество, – сказал Энкиль после паузы. – Если, конечно, ты не расскажешь об этом Ларсию, шади.

– С какой стати мне рассказывать ему что-то, не касающееся задания? Он за это не платит. И вообще, ваш трон – вы его и делите, мне-то какая разница, кто на нем седалище разместит? – добавила она. – Я не адмарка, соберусь да махну домой, только меня и видели… К слову!

– Что еще?

– Не рано вы начали подумывать о власти, шоданы? Отец ваш вроде бы еще не на смертном одре, да и отрекаться не собирается… Если что, в заговоре я участвовать не стану, – сказала Фергия, – это так долго, нудно и противно…

– Что вы несете? – произнес я краем рта.

– А что не так? Всем нужен этот несчастный Искер, только Ларсий говорит, будто мальчик ему как сын, он передаст ему свое дело и должность, ясное дело. А эти двое вообще ничего не говорят, только твердят – найди да найди! Может, они хотят прикончить папашу и свалить убийство на Ларсия с Искером? – Фергия отхлебнула воды с алимом и добавила: – История помнит много таких переворотов. Очень удобно: сразу убрать всех, кто стоит на пути… А войска, политика, хозяйство… с этим можно справиться, если умеючи. Только вот кандидат на роль отцеубийцы взял и сгинул в самый неподходящий момент, незадача-то какая!

Я понял, что сейчас Аскаль ее убьет. Возможно, даже подерется за это право с Энкилем.

– Чем вам не нравится моя версия? – осведомилась Фергия. – Докажите, что Искер вам нужен не для этого! Вы сказали, что опасаетесь – кто-то использует Искера, но наговорить можно что угодно.

Воцарилась тишина, и лишь стрекот какого-то насекомого в густой листве нарушал ее.

– У нас нет никаких доказательств, – произнес вдруг Энкиль. – Слово против слова. Ты – независимая чародейка и не станешь слушать того, кто выше по положению или попросту больше заплатит, так?

– Не стану, – согласилась Фергия. Кажется, это представление доставляло ей несказанное удовольствие.

Я же начал опасаться, как бы не пришлось улепетывать из Адмара, если сегодня же вечером или рано поутру мое поместье и Проклятый оазис окружат стражники… Впрочем, Даллаль наверняка предупредит Фергию, а она – меня. Во всяком случае, хотелось на это надеяться.

– Мы боимся, шади, – произнес вдруг Энкиль, и эти слова так странно звучали в устах молодого воина, что я замер. – Вся наша жизнь проходит в страхе за себя, за тех немногих близких, которых нам дозволено держать рядом… С тех самых пор, как мы повзрослели достаточно, чтобы осознавать это, нам нет ни минуты покоя.