|
А вот что именно они вопили то ли от ужаса, то ли от восторга, я, к сожалению, не расслышал. Подозреваю, это были дивной красоты словесные конструкции…
Раскрыв крылья едва не над самой землей – даже чиркнул хвостом по бархану, – я снова поднялся повыше и взял прежний курс.
Фергия вдруг свистнула и завопила:
– Вейриш, вон они! Вон тот караван!
«Ну и что мне, сверху на него сесть, что ли?» – подумал я.
– Они правят к оазису во-он там, – продолжала она, барабаня по моей броне, – к нему и летим. Как раз к утру они дойдут, а мы успеем передохнуть… И будем их ждать!
И Фергия разразилась чудовищным хохотом, я даже вздрогнул от неожиданности. Нет, я знал, что глотка у нее луженая, но не предполагал, будто такие звуки может издавать молодая женщина…
Глава 21
Фергия оказалась права: мы успели и отдохнуть, и перекусить – эта запасливая особа, оказывается, навьючила на меня здоровенный мешок с провизией… и правильно сделала.
– Он так всегда ест, Фергия-шади? – едва слышно спросил Аскаль, глядя, как я пожираю холодное жаркое.
– Только после полетов. А что?
– Нет, ничего. Просто я подумал, что содержать дракона на постоянном довольствии выйдет слишком дорого, – невозмутимо ответил он, и я поперхнулся.
– Я не просился к вам на службу!
– А я и не предлагал, – улыбнулся он даже слишком спокойно для человека, пережившего потрясение при виде дракона, ночной перелет на нем же и приземление носом в песок (крепление лопнуло, какая незадача). – Просто мысли вслух, Вейриш-шодан. Я уже понял, что ты не станешь мечом Адмара, но, может, согласишься служить его щитом… время от времени? Когда чародеи выдохнутся?
– С кем это вы собрались воевать, шоданы, что опасаетесь, будто ваши чародеи не справятся? – удивилась Фергия.
– Мы ни с кем не собираемся воевать в ближайшее время, – сказал Аскаль и опустил голову. – Но, возможно, нам придется…
– Скажи им! – велел Энкиль. – Они и так знают более чем достаточно! Быть может, сумеют помочь или хоть подсказать, раз уж ты не нашел ответов в своих книгах!
– Да что случилось-то? – недоуменно спросил я.
– Пророчество, – негромко ответил Аскаль. – Когда-то очень давно один человек произнес его, и эти слова сбываются, одно за другим. Я проследил – больше трех десятков лет исполняется сказанное. Рано или поздно дойдет дело до последних слов, и тогда погибнем не только мы. Погибнет Адмар. Теперь понимаешь, почему мы рвемся к власти?
– Может быть, мы еще успеем что-то изменить! – добавил Энкиль. – Отец не слышит нас, его уши открыты только для Ларсия, а тот думает лишь о выгоде и не верит в эти глупости…
– Пророчество? – глаза Фергии загорелись. – Ты знаешь его текст, шодан?
– Конечно, шади. – Он прикрыл глаза и процитировал: – Кровь предателя смешается с песком.
Я открыл было рот, но Фергия тут же сунула мне в зубы кусок мяса.
– Кровь предателя не даст обильного семени, – продолжил Энкиль. – Последние всходы погибнут под палящим солнцем. И тогда кровь предателя встретится с кровью отступника, и Адмар исчезнет, как исчезают миражи…
– Мы – последние всходы, – сказал Аскаль так просто, будто это было чем-то само собой разумеющимся. – Пока мы живы. Не знаю, где и как настигнет нас смерть.
– А у нас есть еще кусочек этого пророчества, – сказала Фергия и, прежде чем я успел прожевать и возразить, процитировала: – Кровь отступника встретится с кровью крылатых. |