– Мне наскучили ваши споры, – сообщил Кыж, встал и потянулся, стряхнув головой белые лепестки с веток. – Я удаляюсь.

– Благодарю тебя за помощь, о могущественный дух, – снова поклонилась Фергия, чуть не стукнувшись лбом о край стола. – Прости, что отняла твое время.

– Это время – лишь песчинка в часах вечности, – высокопарно ответил он и покосился на Ларсия, – и значима она лишь для смертных.

– Постой, а как же плата? – спросил Ларсий. – Неужели ты ничего не возьмешь?

Он дышал тяжело, с присвистом, на лбу выступила испарина, и я подумал, что у него, наверно, хватает скрытых болезней, о которых он предпочитает не распространяться: ведь любая его немощь – козырь в руках соперников.

– Сказал уже: возьму, когда захочу. – Кыж усмехнулся во всю пасть. – Не бойся, смертный, твоя жизнь мне ни к чему. Мне хватит какой-нибудь малости. Когда я сделаю выбор, ты узнаешь, какой именно…

С этими словами он и исчез, как не бывало. Тьма сгустилась под деревьями, и я, признаюсь, вздохнул с облегчением, а Аю – я заметил – украдкой утерла лоб. Если уж и ее проняло, значит, опасность нам грозила нешуточная, и пускай Фергия говорила, что держит Кыжа на привязи, мне не хотелось испытывать ее прочность в случае, если бы что-то пошло не так.

– Значит, доказательств нет, – произнес вдруг Ларсий, – кроме слов странного создания, которое может быть просто мороком, который ты, шади, создала для меня. Я все еще могу надеяться на то, что Искер жив.

– У нас на Севере говорят – надежда умирает последней, – пожала плечами Фергия. – Верить мне или нет, искать ли дальше – дело твое, шодан. Задаток я отработала, большего не возьму – платить Кыжу будешь сам, как договорились.

– Ты хотя бы можешь предположить, что он потребует?

– Нет. Мне как-то не доводилось вступать с ним в долгие доверительные беседы. Кстати, если выживешь, расскажи, интересно же!

Я бы на месте Ларсия швырнул в Фергию чем-нибудь тяжелым, вон хоть глиняным блюдом, но он остался невозмутим, лишь ответил:

– Если к тому времени ты еще будешь жить в Адмаре, шади, непременно расскажу.

– Это такой тонкий намек на то, что мне следует убраться отсюда подобру-поздорову? – прищурилась Фергия. – Грубо, шодан. Я ожидала от тебя более тонкой игры.

– У шодана горе, – подала вдруг голос Аю. – Он не ведает, что говорит.

– Так может, пускай здесь переночует, под присмотром? Не то пойдет и зарежет рашудана с горя, а потом скажет, что это я его околдовала!

– Не зарежет. – Аю улыбнулась и снова умолкла.

– Не зарежет, – подтвердил Аскаль, неслышно появившись за спиной Ларсия. – Мы приглядим.

– И сменим охрану в отцовских покоях, – добавил Энкиль. – Не дело, когда советник распоряжается дворцовой стражей как своей собственной. Пускай людей у меня немного, но каждый стоит троих!

– Если что, ты попроси Даллаля-шодана, – посоветовала Фергия. – Думаю, у него найдется дюжина-другая ничем особенно не занятых стражников… ну так, хоть сменить ваших ненадолго.