— Ступайте с миром и знайте, что боги благословили вас! Вам довелось стать свидетелями заклинания, которое позволено видеть только людям нашей крови. И отныне вас связывает особая магия, идущая от самых глубин сердца. Магия любви!

Не успел он договорить эти слова, как снова запели скрипки, заиграли торжественную и полную радости мелодию, многократно повторенную эхом.

В это время по одному из склонов начал карабкаться вверх цыганенок с зажженным факелом в руке.

За ним последовал мужчина, играющий на скрипке, и король с Летицией без слов поняли, что им надо делать.

Они прошли мимо костра, возле которого цыганки затянули одну из любовных песен — задумчивую и одновременно торжественную, зазывную и страстную и в то же время необычайно трогательную, проникающую до самых глубин сердца.

Король с Летицией подошли к ступенькам, вырубленным в скале, и начали подниматься вслед за мальчиком, освещающим дорогу факелом.

Позже, вспоминая об этом, Летиция удивлялась, как это они с королем, держась за руки, смогли пройти по таким узким ступенькам.

Они добрались до вершины, а цыган все продолжал играть, и снизу, с площадки у подножия скалы, ему вторили голоса других скрипок.

Пройдя несколько шагов, мальчик с факелом остановился и ждал, пока они не поравняются с ним.

То же сделал и цыган со скрипкой. А когда король с Летицией приблизились, поклонился им до земли.

Король остановился и сказал:

— Передайте своему воеводе, что все вы всегда желанные гости в Звотане! И что по возвращении домой я издам указ, запрещающий преследование цыган на нашей земле, и закон этот будет строго соблюдаться ровно столько, сколько я буду находиться на троне.

На лице цыгана отразилась искренняя радость и благодарность. Он опустился на одно колено и поцеловал королю руку. Затем Летиция с королем поднялись на террасу.

Девушка не оборачивалась, зная, что у цыган это считается дурной приметой: оборачиваться и смотреть на то место, откуда ушли, иначе туда никогда не вернешься.

Она провела короля потайным ходом к лестнице, откуда можно незамеченными пробраться наверх.

Они в полном молчании прошли по лестнице, затем — по коридору, пока не добрались до маленькой гостиной, где и состоялось их знакомство.

Лишь оказавшись там и увидев, что свечи почти догорели и в камине красноватыми отблесками мерцают угольки, Летиция поняла, как много пережила за этот вечер и как трудно ей будет вернуться к прежней жизни.

Словно очнувшись от глубокого сна, она увидела, что король по-прежнему держит ее за руку и что запястья их до сих пор связаны шелковым шнурком.

— Развязать? — спросила она и не узнала собственного голоса.

Так и не дождавшись ответа, она развязала узелки, высвободила руку и только теперь почувствовала легкое жжение в том месте, где находилась ранка. Девушка робко подняла глаза на короля.

— Итак, мы женаты!.. — тихо заметил король. — И сколько же это продлится, Савийя? Пять дней? Пять месяцев? А может быть, вечность?

Вопрос удивил ее. Но тут, вспомнив о Стефани, она торопливо ответила:

— Полагаю, ваше величество сочтет, что и пяти дней… более чем достаточно. Но только уж прошу вас, сдержите слово.

— Я дал слово, — просто ответил король. — И никогда его не нарушу, по крайней мере по своей воле.

Именно это и хотела услышать Летиция.

— Я рада… очень рада, слышать это.

— Как же я могу поступить иначе, — заметил король, — когда сегодня ночью мне довелось увидеть вещи, о существовании которых я и не подозревал?.. К тому же колдовство помогло мне жениться на тебе.

Голос короля звучал хрипло, и Летиции показалось, что в глазах его появился странный блеск, которого она не замечала прежде.