— Мистер Спиннел, моя мама…

— Кто вы такой?! — воскликнул ошеломленный и испуганный Алекс.

Джентльмен выпятил грудь, представился: «граф Клемент Эффингемский» — и хлопнул штанинами, желая, видимо, щелкнуть каблуками. Но в тот же миг горделивое выражение исчезло с его лица.

— Ох, мистер Спиннел, моя бедная мамочка… Мы были внизу, на другой вечеринке, как вдруг она разволновалась… и бросилась сюда. Я ей кричу: мамочка, не надо, мистер Спиннел будет недоволен! Но она… Вы должны ей помочь!

Он посмотрел вверх. И все кругом подняли головы. Луну затмил черный силуэт вертолета с двумя зонтиками вращающихся лопастей. Вертолет снижался.

— Я вас умоляю! — настаивал джентльмен. — Надо ее найти, наверное, она заблудилась.

Он бросился на поиски княгини. Остальные разбежались в разные стороны.

Гул внезапно перешел в треск; сквозь ветки сыпались, стучали по камням осколки прозрачного пластика…

Я забрался в лифт и нажал на край брифкейса. Секундой позже между створками проскочил Ястреб. Электрический глаз тотчас послал сигнал механизму раздвижения дверей, но я заставил их закрыться, ударив кулаком по соответствующей кнопке.

Парнишку мотануло вправо-влево, стукнуло о стены, но он сразу восстановил равновесие и дыхание.

— Слушай, из вертолета высаживаются полицейские!

— Без сомнения, отобранные лично Мод. — Я сорвал с виска клок седых волос и отправил его в брифкейс, где уже лежали перчатки из пластиковой кожи (морщины, толстые синие вены, длинные ногти цвета сердолика — руки Генриетты) и шифоновое сари.

Потом — рывок, и кабина остановилась. Разъехались створки дверей. К тому времени я успел лишь наполовину избавиться от маски бравого графа.

В лифт шагнул серый-пресерый Ястреб. Его лицо ровным счетом ничего не выражало. За его спиной я мельком увидел роскошный восточный павильон с играющей красками мандалой на потолке. Арти жестом велел закрыть двери, после чего устремил на меня загадочный взгляд.

Я вздохнул и поспешил избавиться от последних черт Клемента.

— Это полиция? — повторил Ястреб.

— Похоже на то, — произнес я, застегивая брюки. — Арти, вы вроде расстроены не меньше, чем Алекс.

Кабина вздрогнула и помчалась вниз. Я сбросил с плеч смокинг, не вынимая рук из рукавов, вывернул его наизнанку. Освободил одну кисть, стянул белую накрахмаленную манишку с черной бабочкой. Запихал их в брифкейс, к остальным манишкам и галстукам. И вот уже на Говарде Кэлвине Эвингстоне не смокинг, а добротный серый в елочку пиджак.

Ястреб следил за моими манипуляциями, удивленно подняв голые брови. Я снял плешивый парик Клемента и тряхнул шевелюрой. У Говарда, как и у Гарри, волосы рыжие, но не такие курчавые.

— Вижу, вы уже выложили из карманов те вещички, — заметил я.

— Вы правы, я позаботился о них, — сухо подтвердил Ястреб. — Все в порядке.

— Арти, — произнес я нагловатым баритоном Говарда, — можете упрекнуть меня в чрезмерном самомнении, но, сдается, Регулярные службы нагрянули сюда исключительно по мою душу…

— Они не слишком огорчатся, если сцапают и меня, — прорычал Ястреб.

А другой Ястреб сказал из угла кабины:

— Арти, говорят, вы шагу не ступаете без охраны.

— Ну и что?

— У тебя только одна возможность выбраться отсюда, — прошептал Ястреб мне на ухо. Куртка расстегнулась на нем до середины, открыв изувеченную грудь. — Вместе с Арти.

— Блестящая мысль, — заключил я.