— Если вам так легче, я по-прежнему считаю вас боссом. Вы — лучший босс в моей жизни. И вы мне нравитесь.

— Блэки… — Она посмотрела в потолочное окошко, озаренное невидимой луной. — Там, на границе, происходит нечто, о чем я, вероятно, знаю больше тебя. Тебе известно, что будет подключение, известно где, и ты понимаешь, что это странно. Позволь предупредить: тебе захочется провести операцию одним способом, а мне — другим.

— Значит, сделаем по-вашему.

— Только я не уверена, что мой способ лучше.

— Мейбл…

— Ладно, иди, черный рыцарь. Встретимся за канадской границей перед сражением.

Она встала, лицо у нее было очень серьезное.

— Как прикажете, моя госпожа.

— До завтра, Блэки.

Я вышел из кабинета и поплелся к себе, размышляя о рыцарях и днях. Скотт храпел, так что я открыл книгу и читал, пока проносящаяся за окном тьма не начала сереть.

II

Рассветное небо (сверху вниз):

Чернь, лазурь, червлень…

…справа горы, слева дубы, много сосен, немного кленов. Ядозуб встал над пенистым ручьем, прыгающим по камням от водопада. Я вышел на балкон и тут же получил порцию холодного душа: листья стряхнули капли на нержавеющий бок нашего чудовища.

— Привет! Эй, привет!

— Привет.

Я помахал рукой в ту сторону, где по камням спускалась… шлеп! — ну вот, по колено в воде! Она вскрикнула, выбралась на камень и сконфуженно глянула на меня.

— Курсант Суяки?

— Э-э… да, сэр. — Она принялась вытирать ногу; канадские реки, особенно по утрам, не парное молоко.

Я стащил с себя рубаху, смял в комок и швырнул ей.

— Секционный дьявол Джонс. — (Она поймала рубаху.) — Можно просто Блэки. У нас тут без церемоний.

— Спасибо вам большое.

Она подняла серебристые гетры, сняла ботинок и принялась вытирать очень хорошенькую щиколотку.

Я пнул ногой трап.

Лязг! Бамц!

Ступеньки раскрылись, и металлические ноги уперлись во влажные сосновые иголки. Я сошел на землю.

— Давно ждешь?

Она улыбнулась:

— Нет, меня только что высадили.

В подтверждение ее слов раздался рев и над деревьями поднялся вертолет.

Курсант Суяки живо вскочила и замахала руками.

Кто-то в кабине замахал в ответ и тут же пропал за медным отблеском на стекле.

— Мы видели, как вы становитесь на стоянку… — Она окинула взглядом громадное тело Ядозуба.

Не помню, говорил я или нет?

Скрестите броненосца с футбольным полем. Пусть детеныша выкармливает танк. К подростковому возрасту получите Ядозуба.

— Я буду работать под вашим руководством?

— Под моим и Мейбл Уаймен.

Она посмотрела вопросительно.

— На самом деле начальник у нас — секционный дьявол Уаймен, Мейбл. А я только-только произведен из линейных демонов.

— Ой, поздравляю!

— Эй, Блэки! Это что, моя новая соседка?

— А вот это, — я указал на перегнувшегося через перила Скотта, с ног до огненно-рыжей головы покрытого веснушками, — твой напарник. Будете жить в одной комнате.

Скотт сбежал по ступенькам, босой, джинсы обрезаны на середине бедра, пояс для инструментов полон разнокалиберными кусачками, рулетками, катушками с изолентой.

— Сьюзан Суяки, — объявил я, — Скотт Макелуэй.

Она протянула руку:

— Очень приятно…

Скотт положил обе лапищи на плечи мисс Суяки:

— Мне тоже, зайка.