Страшная была ночь, душная, обжигающая. Князь Андрей рвал на себе рубаху, ворот перехватывал дыхание. Хотел звать на подмогу, но голос пропал, из горла только хрип вырывался. А за оконцем сыч кричал, ухал, и князю казалось, птица плачет по нем. Ужли смерть к нему подступила? Навалилась, подмяла, душит костлявой рукой, хохочет.

Князь Андрей Александрович норовил вытереться, да сил нет. Мысль в голове одна — не умереть бы, пожить. Дохнуть хотелось во всю грудь, но воздух горячий, будто кипяток пил.

Только к утру полегчало. Кликнул отрока, спавшего у двери:

— Выставь оконце.

Отрок поспешно вынул из оконного проема свинцовую раму, и утренняя прохлада влилась в опочивальню.

И приснилось ему, будто осадили Владимир враги и нет ни из города, ни в город пути. Полыхает пригород, и лезут недруги на приступ. Но кто они — татары или князья русские, какие посягнули на его, Андрея, великокняжескую власть? Он, великий князь, поднялся на стену, и его тяжелый меч опускается на вражеские головы. Но почему он стоит в одиночестве, где его гридни, его дружина?

Но что это — ближайший к нему враг поднял голову, и князь Андрей Александрович узнает тверского князя Ми-хайлу Ярославича. Тот поднимает меч, но князь Андрей успевает отбить удар. Тверич кричит и снова бросается на великого князя. Вдругорядь князь Андрей Александрович отражает удар. Он ясно слышит звон мечей, рев множества глоток, и ему становится страшно. Неужли суждено погибнуть от меча тверича…

Но что это, лик князя Михаила Ярославича преображается в лик Даниила. Он грозно вопрошает:

— Брате Андрей, ты ненасытен, аки волк, ты алчешь, не зная меры. Не мы, князья русские, те друзья, а ордынцы, и Господь за все с тебя спросит!

Даниил занес меч над головой Андрея, по тут меж князьями неожиданно возникает княгиня Анастасия. Она распростерла руки, и князь Андрей четко слышит ее голос:

— Князья, уймитесь, вы братья единокровные.

И Даниил опускает меч, отворачивается. Ох, как хочется Андрею в этот момент ударить Даниила, но он понимает, что его меч падет не на московского князя, а на Анастасию.

Вдруг, в мгновение, исчезают и Даниил, и враги, а княгиня смотрит на него с укором, говорит: «Вот до чего довела тебя, князь Андрей, твоя неясыть…»

В голосе Анастасии ему чудится столько презрения, что он пробуждается и еще долго думает об увиденном.

Гридни разожгли на высоком берегу костер, жарили на вертелах убитого вепря. Мясо было жирным, и сальные брызги шкворчали на углях. Тянуло духмяно, гомонили гридни, лишь Любомир, отойдя в сторону, уселся на сваленное ветром дерево, задумался. Как давно это было, когда он жил в деревне, под Городцом. Отец, смерд, пахал землю, сеял рожь, а мать помогала ему и ухаживала за скотиной. В хлеву у них стояла корова, несколько овечек, а в сажке откармливались два кабанчика. Когда в полюдье являлся за данью княжий тиун, он забирал часть урожая, мясо — солонину и свежатину, да еще немало того, что семья припасла с осени.

Тогда, подростком, Любомир ненавидел тиуна и гридней, какие собирали дань. Но прошло несколько лет, и Любомир попал в дружину князя. Теперь он сам ездит с князем в полюдье, творит несправедливость. А еще вспомнилась Любомиру соседская деревенская девчонка, какая нравилась ему. Потом на мысль пришла Дарья. Явилась и исчезла, а сознанием княгиня овладела. Анастасия ворвалась в его сердце неожиданно и завладела им. Трудно Любомиру сдерживать свои чувства, он знает — это тайная любовь, и не может предсказать, чем она закончится… Сладкая и горькая любовь. Гридин по нескольку раз в день видит княгиню, слышит ее голос, но должен таиться, скрывая свои чувства. Он боится, чтобы кто-нибудь не проведал о его любви, опасаясь навредить княгине. В последний выезд за город, когда они остались наедине, Анастасия сказала ему, что скорее удалится в монастырь, чем согласится потерять его, Любомира.