Джуд вздыхает, а потом улыбается. Он резко встает и протягивает мне руку.

— Потанцуем? — спрашивает он.

Я оглядываю комнату и замечаю, что несмотря на то, что оркестр играет тихую музыку, никто не танцует.

— Никто не танцует. — Я выпрямляю спину и понимаю, что несколько человек поворачивают головы в сторону Джуда. — И люди пялятся.

— Ты слишком беспокоишься о том, что думают все остальные. Потанцуй со мной.

Он подает мне руку снова.

Я задираю подбородок и говорю:

— Я не умею.

Ха! Пусть он выглядит дураком из-за моего сопротивления.

Джуд склоняет голову набок и ухмыляется.

— Говорит девушка, посещавшая уроки танцев с восьми до пятнадцати лет.

Усмешка сползает с моего лица, когда я в удивлении открываю рот.

— Понятно. — Я встаю, и Джуд отодвигает мой стул, как только я делаю шаг в сторону. — Я и забыла, что ты маньяк.

Я кладу свою руку в перчатке в его, и он ведет нас к танцполу. В зале тихо, все взгляды прикованы к нам.

— Отлично, они все пялятся.

— А почему бы и нет? Ты выглядишь потрясающе, и все они хотят знать, кто ты.

Он обхватывает меня левой рукой за талию, притягивая ближе, и сжимает мою правую руку своей. Он выше меня, и его широкие плечи кажутся угрожающими.

— Я никогда не любила быть в центре внимания, так что сейчас я чувствую себя довольно неуютно.

— Потому что я обнимаю тебя или потому что все смотрят?

Самоуверенный придурок.

— И то, и другое, — шепчу я и оглядываю комнату. — Почти все смотрят на нас, и мне это не нравится.

Мое сердцебиение учащается, а ладони потеют. Слава богу, я в перчатках, хотя это самые отвратительные перчатки, которые я когда-либо носила.

— Не беспокойся о них, просто продолжай смотреть на меня. — Он убирает руку с моей талии и нежно поворачивает мою голову, чтобы я смотрела на него.

Его выходки могут сработать с другими, но я не «другие».

— Тебе не удастся сегодня заняться сексом, Джуд. Я вообще не нахожу тебя привлекательным. — Это ложь, потому что я думаю, что он сексуальный. Все эти «убийца» и «давай похитим Лекси» заводят меня.

— О, я собираюсь сегодня заняться сексом, Лекси. — Он нахально улыбается мне. — Только это будешь не ты.

Мое сердце разрывается на части, но я расправляю плечи и улыбаюсь ему.

— Теперь мы можем уйти? — снова спрашиваю я.

— Нам все еще нужно закончить ужин.

Гнев пронзает меня, и я отступаю назад, разрывая крепкую хватку Джуда.

— Я уйду через пять секунд, Джуд. Я больше не хочу быть здесь.

Он отпускает мою талию и берет меня за руку.

— Тогда идем домой.

Он делает такие большие шаги, что я практически бегу, чтобы не отстать от него. Джуд тянет меня за руку, тащит за собой. Как только мы оказываемся на улице, машина, в которой мы приехали, подъезжает к дому. Джуд открывает дверь и почти насильно толкает меня внутрь.

— Джуд, — пытаюсь сказать я, но его холодное лицо и злые глаза говорят мне все, что мне нужно знать.

Он наклоняется, наливает себе из бара и подносит бокал к губам. По сути, он говорит мне, что больше не хочет ничего со мной обсуждать. Заметано.

Но вот в чем дело, он забрал меня из моего дома и заставляет меня оставаться с ним и выступать перед ним, как чертова цирковая обезьяна.

Мой гнев бурлит, я стучу ногой по полу, наполняясь злостью с каждой милей. Он придурок. Эгоцентричный, высокомерный идиот. Кажется, что обратный путь занимает целую вечность.