|
Речка оказалась широкой и неглубокой, с медленным течением и песчаным дном. Крид развязал материю, обвязывавшую его ребра, сбросил брюки и мокасины и свернул все узлом. Бросив одежду на мелкую гальку, выбрал место поглубже и погрузился в реку, вдруг задохнувшись от холодной воды, закрутившейся вокруг него мелкими водоворотами.
Вода струилась вокруг него; он присел на корточки и закрыл глаза: «Я мог бы взять Джесси во Фриско, найти там ее сестру, вернуть деньги… Устроить где-нибудь Джесси, а потом уйти из ее жизни, прежде чем не станет слишком поздно, прежде чем она не станет частью меня самого… Если это произойдет, я уже никогда не смогу ее отпустить».
Внезапно он встал, стряхивая воду с волос. Не так-то просто отпустить ее, но ему и раньше приходилось решать сложные проблемы, и как-нибудь удастся справиться и с этой. Его мысли прервал звук приглушенных шагов и Крид тихо выругался, сообразив, что оставил ружье на привале.
Он резко повернулся и тут же рухнул на колени.
— Черт возьми, девочка, зачем ты так подкрадываешься ко мне?
Джесси пожала плечами, ее глаза расширились, когда она увидела широченную обнаженную грудь Крида. Водяные капельки на его бронзовой коже сверкали и переливались под лучами утреннего солнца, как бриллиантовая россыпь. Волосы, спадающие на плечи казались блестящим вороновым крылом.
— Я пришла умыться, — сказала она, не в состоянии оторвать глаз от оказавшегося здесь мужчины. Струящаяся речная вода закрывала нижнюю часть тела Крида, делая неясным его очертания.
Она почувствовала, как кровь бросилась в лицо, но по-прежнему не могла отвести взгляд. Ей и раньше приходилось видеть обнаженных мужчин. Если учесть, чем зарабатывали на жизнь ее мать и сестра, это было неизбежным. Но ей ни разу не понравился ни один из тех кавалеров. Ей никогда не хотелось ни обнять, ни даже дотронуться до кого-нибудь из них. Ей никогда не хотелось прикоснуться ни к одному мужчине так, как хотелось прикоснуться к Криду Мэддигану. При одном только взгляде на него ей страстно хотелось провести руками по твердой мускулистой груди, пройтись пальцами по линии подбородка, погладить наполовину затянувшуюся рану на щеке, запустить пальцы в тяжелые густые волосы. Ей не терпелось прикоснуться к его мощным рукам, изучить каждый черный волосок из рассыпанных по его груди. Почувствовать его сильное тело плотно прижатым к ее собственному.
— Джесси! — Голос Крида прозвучал странно, как будто он испытывал боль.
— Что?
Ее волосы в солнечном свете казались бушующим пламенем, щеки алели. Карие глаза распахнулись, и в них сквозило неподдельное удивление… как у Пандоры, перед тем как она открыла крышку ящика… как у Евы, когда она впервые увидела Адама.
По ее глазам Крид читал все ее мысли, его желание накалилось и дошло до такой степени, что стало нестерпимым и болезненным. Говорят, что холодная вода считается лучшим средством для мужчины, если он хочет избавиться от вожделения… но в данном случае это напоминало попытку потушить огненную стихию стаканом воды. Проверенное средство совершенно не срабатывало.
— Черт возьми, девочка, перестань так смотреть на меня.
Она встретилась с ним взглядом и, подбоченясь, вызывающе улыбнулась. Впервые с тех пор, как они познакомились, он выглядел смущенным. А она внезапно почувствовала свое всесилие.
— Как это «так»? — спросила она невинно.
— Как голодный котенок на миску со сметаной.
Медленно она шагнула вперед:
—А если не перестану?
— За последствия не отвечаю, — прорычал он. — а теперь уходи, убирайся!
Она наклонила голову и продолжала приближаться к воде, вызывающе покачивая бедрами.
— А ты там случайно не замерз?
«Замерз? — подумал он. |