- Понимаю, - Рагар склонил голову к плечу, любуясь игрой самоцветов. - А что, тебе обязательно возвращаться на тот остров? Дело-то ты, говоришь, сделал?

    - Да. И, хотя я дал слово вернуться и привезти кинжал, - киммериец покосился на оружие, уютно лежавшее на его ладони, - о том слове можно было бы и забыть. Но, видишь ли, она меня обманула... попыталась обмануть, вернее говоря...

    - Обмануть? В чем?

    - Похоже, она рассчитывала, что я и порученное исполню, и воли не получу... Женщина, одним словом; все они обманщицы, - заключил киммериец. - Так что мне непременно надо добраться до того острова и швырнуть ей в лицо эту штуку! - Конан потряс кинжалом. - Пусть знает, что я проведал о ее хитростях!

    Рагар кивнул и медленно произнес:

    - И в том единственная причина, по которой ты торопишься на ее остров, капитан?

    - Единственная. Женщина эта мне больше не нужна, можно найти кое-что и получше... ту же Каллу, к примеру... Строптивая девчонка, так хоть не ведьма!

    - Разумеется, - взгляд аргосца скользнул к кострам, где среди рослых полуобнаженных мужчин мелькала тонкая фигурка девушки. - Значит, ты твердо намерен плыть на восток? Чтобы швырнуть кинжал в лицо обманщицы?

    Киммериец ухмыльнулся.

    - Возможно, у меня и выбора другого не будет, если я рискну выйти в море.

    - Что ты имеешь в виду?

    - Я же говорил, госпожа того острова женщина не простая! Проведает о моем корабле, пошлет нужный ветер... И погонит он "Громовую Стрелу" туда, куда ей угодно...

    - Вот как? Ей подвластны ветры и бури?

    - Вполне, - заверил аргосца Конан. - Такие бури, что ты в жизни не видел! Это тебе не песок прожигать! - Он покосился на след от удара молнии.

    - И все же никто не сравнится с могуществом Митры, мой капитан, произнес Рагар и вдруг легко поднялся из кресла. Некоторое время он шагал взад-вперед по песку, о чем-то напряженно размышляя, в задумчивости касаясь пальцами то виска, то подбородка, потом повернулся к Конану. Итак, ты ждешь ветра с суши, который понесет твой корабль вдоль побережья Аргоса и Зингары, примерно к Барахским островам?

    Киммериец молча кивнул.

    - Давай договоримся так: я поплыву на твоем судне до Бараха, а там посмотрим, не изменится ли ветер. Если он по-прежнему станет гнать твою "Стрелу" на запад, что ж, так тому и быть! Но вдруг подует с другой стороны, а?

    - Вряд ли... Госпожа того острова умелая чародейка...

    - Чародейка! Всего лишь чародейка! А Митра - бог!

    - Тогда пусть и вершится по воле Его, - Конан тоже встал, принюхиваясь; свинина, похоже, совсем поспела. - Но я думаю, приятель, боги слишком далеки от нас... вот чародеи - те гораздо ближе!

    Кивком головы пригласив гостя следовать за собой, Конан направился к кострам.

    12. ПОПУТНЫЕ ВЕТРЫ

    Калла извивалась под ним, испуская глухие хриплые стоны, царапая спину острыми ноготками; на какой-то миг тело ее замерло, потом ноги крепче охватили поясницу Конана, стиснули, сжали, словно клещами. Стоны и вздохи возобновились с новой силой, и киммериец подумал, что в такие вот моменты Калла ему нравится. Очень нравится! Сейчас, когда она не говорила ничего, не пыталась язвить и насмешничать, но предавалась любви с самозабвением юной львицы, впервые познающей самца.

    Страстность этой девушки удивляла его. Стигийцы были древним народом, мрачноватым, холодным и скупым на проявление чувств.