– Трофей, – догадался Клён.

– Именно, – подтвердил Ахмад. – Документы, незавершённые доклады. И, главное, портативный принтер.

Ахмад отъехал на кресле немного в сторону, пошарил рукой и протянул Клёну прибор, более похожий на небольшой цилиндр с двумя щелями.

– Кондор говорил, что в чемодане ещё были подписанные листы бумаги и золотой «Паркер».

– Да, и теперь…

– И теперь мы можем сделать за Карпова любое заключение, да и вообще оформить любую бумагу. А с остальным что?

– Абузар говорит, ничего ценного, только пара записок на имя премьера, которые касаются возможной природы Штамма. Остальное – какие-то доклады, научные работы. Вся информация, которая может нам пригодиться, вот на этом ноутбуке.

– Значит, всё остальное, кроме ноутбука, принтера, подписанных листов и «Паркера», мы можем спокойно сдать в случае необходимости, а записки на имя премьера только подогреют интерес наших дорогих друзей. Стремимся в Васюки!

– Вы наверняка хотели сказать, в Раменки, – хитро прищурился Цессарский.

– Именно, Аполлон Иосифович, – подтвердил Клён, – но нужно будет ещё подготовить проект Мины. Проследите за тем, чтобы противоядие было быстродействующим и синтезировалось в нужных количествах.

– Вы уверены, что это будет оправданно – подвергать бункер такой опасности?

– Не будет никакой опасности, Аполлон Григорьевич, – терпеливо пояснил Клён, – обычное пищевое отравление, к тому же будет отравлено только дневное меню секторов ВИП и Премиум. Летальных эффектов быть не должно, если помощь будет своевременно оказана. Они всего лишь будут несколько дней мучиться кишечным расстройством, но это подтолкнёт их к действию.

– И то верно, – в глазах Цессарского блеснул очень нехороший огонёк. – Паразитов надо травить!

Неожиданно в помещение вошел Данаифар и присоединился к разговору:

– Я тут нашел несколько занятных докладов. Совсекретных, разумеется. – Он протянул Клёну несколько листков и прокомментировал их содержание: – Доклад на имя президента и премьера. Текст идентичен, разница лишь в финансовых расчётах. Помню, как писал эти доклады на основе наших с Вильманом разговоров, потом добавил, что всё очень хорошо, исследования продвигаются. Это было за два дня до того, как Вирус пришёл в Россию. Карпов был готов на всё, чтобы выбить денег и попасть в Раменки.

Клён полистал доклады и остался удовлетворён. Это как раз то, что подойдёт для Элькина и Бегемота. Нужно ещё озаботиться организацией прямой линии между Раменками и бункером. Причём Раменки будут находиться здесь, в этой самой лаборатории.

Казино сверкало огнями хрустальных люстр, отражавшимися в зеркале потолка. Хрустальные фужеры на столах и стойках бара подхватывали это сверкающее великолепие. Зелень столов и тёмно-бордовые драпировки диванов сочетались с рисунком мраморных полов. Конечно, по роскоши оно уступало сказочно красивым казино Лас-Вегаса или Монако, но по блеску и разнообразию азартных игр – едва ли. Здесь были представлены и американская рулетка, и крэпс, и блек-джек, и несколько вариантов покера, и игровые автоматы.

Казино было самой старой частью «нового» бункера. Собственно, с него и началась модернизация и ремонт самого бункера, строительство ВИП– и Премиум-секторов. Когда в 2009 году в стране были образованы четыре игровые зоны и тридцать три казино Москвы были закрыты, предприимчивые акционеры «Славянского» оборудовали и открыли здесь подпольное казино. Вначале эта была небольшая комнатка со столами для игры в покер и рулетками. Впоследствии площадь игрового зала была расширена до нескольких залов.