А теперь она нарушила и это обещание.

— Я вижу, ты расстроен. — Садики со вздохом поднялась на ноги. — Прости меня. Я знаю, что этих бойцов подобрал не твой алгоритм. Но, Дакарай, ты должен мне доверять. Забрак становится для нас реальной проблемой. Его надо сломать. И этот бой...

Он сунул ей под нос несколько листков флимсипласта. Садики взяла их и вчиталась. Это была распечатка с данными, которые действительно рассчитал алгоритм: предполагалось, что в данном поединке сойдутся два совершенно других заключенных.

— Я знаю, — ответила на это Садики. — Но говорю тебе...

— Комендант!

Садики повернулась, чтобы взглянуть на голоэкран, вспыхнувший у нее над головой. На нее глядело горящее яростью лицо уполномоченного Игорной комиссии Драгомира Хлоруса.

— Ах, это вы, — поприветствовала его женщина. — Я уже начинаю думать, что вам больше делать нечего, кроме как...

— Садики, что вы творите?

— Организую поединок моего действующего чемпиона. Как вы можете видеть...

— Но вы сообщили о бое с участием совершенно других противников! В предоставленных вами данных по этому поединку ничего не говорится о забраке и аквалише. А это означает, что вы намеренно отошли от регламентов Игорной комиссии... — Он помедлил. — Или вашу систему взломали.

— Взломали? — Садики усмехнулась. — Уполномоченный, уверяю вас...

— У вас есть другое объяснение?

— Да будет вам. — Она бросила взгляд на Дакарая, как будто он, вопреки всему, мог высказаться от ее имени. — Если вы позволите мне провести расследование...

— Для расследования уже слишком поздно. Сегодня вы в последний раз перешли черту. — Зловещее молчание придало дополнительный вес его властности. — Галактическая игорная комиссия закрывает вас.

— Что?

— Вы меня слышали.

— Вы... — Выражение лица Садики не изменилось, но ее шея покраснела, и этот цвет медленно распространился по лицу, дойдя до самых корней волос. — Не вынуждайте меня делать этот шаг, Драгомир.

— Если вы полагаете, что мне не хватит полномочий, вы глубоко ошибаетесь. Если вы думаете, что я блефую, вы тоже ошибаетесь. И на вашем месте я бы запер всех заключенных по камерам, пока все не уладится.

— Теперь вы мне будете рассказывать, как управлять моей тюрьмой?

Хлорус пристально посмотрел на нее:

— Вам следует благодарить меня. Ваши проблемы гораздо серьезнее. И если бы вы предприняли хоть слабую попытку ранее выслушать меня, ваши дела не оказались бы в столь плачевном состоянии.

— Я же вам говорила, что хатты не проявляют ни малейшего ин...

— Клан Десилиджик уже проник в вашу тюрьму, — заявил уполномоченный.

— Прошу прощения?

— По данным разведки, которые я только что получил, их агенты уже несколько месяцев находятся в «Улье-7» и предпринимают постоянные попытки что-нибудь разузнать про Радика. Их точное количество неизвестно, но документы, положенные мне на стол, свидетельствуют, что в данный момент их в вашей тюрьме значительное количество.

— Вы уполномоченный Комиссии по азартным играм, — сказала Садики. — Каким боком это касается вас?

— Давайте будем считать, что кому-то нужно присматривать за вами. — Хлорус вздохнул. — Я знаю, что вы способны влипнуть по уши.

Садики позволила себе сделать медленный вдох — восстановить душевное равновесие. Все эти годы появления Хлоруса заставляли ее вспоминать мимолетный роман, вспыхнувший между ними в бытность ее руководителем отдела сабакка в казино «Чужеземец» на Корусанте.