Смущенное молчание на том конце линии отмело последние сомнения в характере отношений Лесли с девушкой. Он даже не решился заявить, что они с Фанни собирались всего лишь вкусить невинные радости завтрака.

Сандра спокойно продолжала:

— Лесли, мне кажется, еще до того как мы отправились в Рим, мы оба чувствовали, что наши отношения не имеют будущего, так ведь?

— Проклятье, Сандра! Вряд ли у тебя есть право упрекать меня в этом! — Смущение Лесли сменилось яростью, он перешел в атаку. — Ты никогда не давала воли своим чувствам, не правда ли? Пожалуй, правильнее всего было бы назвать тебя фригидной. Когда мы решили вместе поехать на каникулы, я было решил, что ты повзрослела, но ты предпочла расстаться под предлогом болезни отца. Могу понять, что тебе неприятно, но такие вещи случаются, и…

— Ну конечно, случаются, Лесли!

Уязвленная его ссылкой на отца и тем, что он приписал фригидности ее неприятие случайных связей, она прервала его излияния. Кажется, сообщить про Фила будет легче, чем она предполагала, подумала Сандра.

— И не только у мужчин, — спокойно продолжала она. — Собственно, поэтому я тебе и звоню. — Она глубоко вздохнула, потому что рука, державшая трубку, начала дрожать. — Лесли, я тоже встретила другого, и хочу, чтобы ты узнал об этом первым.

Ну, вот и сделано. Сандра перевела дух. Последовало короткое напряженное молчание, и она ощутила приступ дурноты.

— Понятно… — услышала она шепот в трубке, а затем Лесли снова заговорил, не приглушая голоса: — Слушай, Сандра, а может быть, ты так говоришь, чтобы мне отомстить? Или ты действительно встретила другого? — осторожно спросил он.

— Его зовут Фил Мелас.

У нее словно камень с души свалился. Она всю ночь опасалась этого момента, считая, что Лесли встретит ее слова в штыки. Но теперь, после первой растерянности, он, похоже, воспринимал все с отменным спокойствием.

Фил и здесь оказался прав, полагая, что интересы ее отца, да и ее собственные у Лесли не на первом месте. Теперь она и сама в этом убедилась. Ясно как Божий день, подумала она. Лесли Мур никогда не любил ее, да и она, видимо, не особо нуждалась в нем.

— Сандра… ты меня слышишь? — Лесли говорил теперь более сдержанно.

— Да, конечно.

— Фанни как раз пошла в ванную, и я могу говорить свободно. Я встретил ее на пьяцца Навона. Она была с группой студентов — все очень славные ребята.

Его голос звучал смущенно.

— Могу себе представить, — великодушно сказала Сандра, тронутая его чистосердечным признанием. Она даже посочувствовала ему, понимая, как непросто было перенести вмешательство в свою жизнь обаятельной и решительной Фанни.

— Но ты права, Сандра. — В его голосе снова послышались присущие ему педантичные нотки. — Конечно, видимо, брак по рассудку не для нас. Кроме того, ты спешно вернулась в Бостон, вместо того чтобы остаться со мной в Риме, и я…

— Ты понял, что после этого уже не хочешь на мне жениться? — иронично спросила она, зная, что он прекрасно знал: она отказалась от путешествия не по собственной воле и не от нежелания быть с ним. Лесли знал, что ее отец был серьезно болен, поэтому его заявление не просто обидело ее, а больно ранило.

— Я понял, что у тебя в жизни другие приоритеты, — поправился он, и в голосе прозвучала знакомая напыщенность. — Жена ведущего инженера должна быть в ладу со своим мужем, и ты прекрасно знаешь мои принципы.

— Ты прав, Лесли, — ответила она, позволяя ему покуражиться. — Рада, что ты не выбит из колеи. Я вовсе не хотела как-то смущать или огорчать тебя.