— Вот как! Значит, я еще должна быть вам благодарна за великодушное прощение, — огрызнулась Сандра, наскоро пытаясь привести себя в порядок и страшно раздраженная, что пуговица на блузке вообще куда-то исчезла. Схватив со стола коробку, она нашла в ней булавку и заколола распахнувшийся ворот, чувствуя, что Фил наблюдает за ней с улыбкой.

— Наоборот, это я должен вас благодарить, моя милая. — Он усмехнулся. — Если бы вы не подоспели на выручку, мне бы пришлось заниматься этим самому, а это могло бы расстроить наши планы на сегодняшний вечер.

— Ах да, вечеринка… — Как ни странно, за эти несколько сумасшедших часов перспектива пытки, которой она так боялась, совершенно вылетела у нее из головы. Сандра чувствовала себя ужасно усталой: спина и руки ныли, а ноги отказывались повиноваться.

— Вряд ли я смогу сегодня пойти на прием — я совершенно разбита. Вам придется извиниться за меня и сказать, что я заболела.

— Но это будет неправдой! — Атмосфера между ними неожиданно накалилась.

— Подумаешь, еще одна ложь! — Сандра с трудом заставила себя встать. И вообще, это правда, подумала она, вздернув подбородок и наступая на Фила, загородившего ей выход.

— Одной и так слишком много, Сандра. Приняв ванну и переодевшись, вы почувствуете себя лучше.

— А если я не соглашусь, вы опять прибегнете к грубой силе? — с вызовом спросила она, и ее глаза потемнели от гнева.

— Насилие?! — Черные брови приподнялись в недоумении. — Вы чудовищно несправедливы ко мне, дорогая. Если вы действительно предпочитаете, чтобы мы остались дома, мы останемся.

Он приглашал принять его вызов. В глазах Фила горел неукротимый огонь желания, как бы предупреждая, что внешнее хладнокровие лишь результат необыкновенного самообладания.

Сандра занервничала. У Фила Меласа в глазах сквозил голод, но не в гастрономическом смысле. Власть — это мощный возбудитель, а у него в руках огромная сила, позволяющая контролировать не только свою судьбу, но и благополучие всей фирмы «Экском». Он был готов к завоеваниям: его великолепное тело, жизненная энергия и разум, соединившись, порождали непреклонную волю. Он не любил ее, но хотел обладать ею. Эта простая и ясная мысль отрезвила Сандру.

Инстинкт самосохранения призывал бороться, но осторожность сдерживала ее. Времени на размышления не оставалось. Если кто-то и мог пощадить ее, то только не этот мужчина, стоящий перед ней с вопросительным выражением на лице, и они оба это знали.

— Дайте мне час — и я буду готова, — взглянув на часы сказала она, добавив со внезапной вспышкой гнева: — Но только потому, что папино здоровье и счастье полностью в ваших руках!

— Серьезная и веская причина. — Фил одобрительно наклонил голову. — Что ж, действуйте, Сандра. Я здесь все закрою и через несколько минут последую за вами.

— Собираетесь указывать мне, что надеть?

— Вы уже отвергли мою помощь, — с улыбкой напомнил он. — Одевайтесь в то, что считаете нужным. Я уверен, что бы вы ни надели, вы будете великолепны.

Не удостоив его ответом, Сандра, гордо выпрямившись, быстро вышла из офиса.

Дома, все еще не чувствуя себя в безопасности, она поднялась в ванную и заперла за собой дверь. Вряд ли Фил станет нарушать ее покой, но она решила не оставлять ему ни малейшего шанса.

Ванна сняла усталость, и она начала размышлять, что же надеть. У нее мелькнула озорная мысль — надеть спортивный костюм, в котором она бегала трусцой, но рассудок подсказал, что она в первую очередь себя же и выставит на посмешище.