— Да какой Ариэл? — не выдержал я. — Если её сейчас убьют…

Я замялся, пытаясь понять, как объяснить Тиамат, что у меня рухнет в пыль репутация не только с Рамоном, но и со всеми Охотниками Гарконской Пустоши? Как получить объяснения от Богини, почему мы все сначала столько времени тратили на то, чтобы Лиэль добралась сюда невредимой, а сейчас просто «сливаем» её. Причём по-тупому «сливаем»! Зачем всё это было?

«Ничего с ней не случится, — вместо того, чтобы полыхнуть гневом, Тиамат, наоборот, рассмеялась. — Она уже не та маленькая девочка, которая отправлялась с тобой к Цитадели. Она — Верховная! Она — Первожрица Мистик! С ней сейчас Карая, в конце концов. Ты сам глянь! —  я почувствовал, как моя голова, помимо воли, поворачивается, чтобы посмотреть немного левее того места, где наметился прорыв Наказующих. — Смотри же!».

Сначала я увидел только огромную чёрную, закованную в сталь фигуру рыцаря, показавшуюся мне смутно знакомой. Только если в прошлый раз доспех Борзуна отливал чистейшим золотом и был объят пламенем, то сейчас от был чернее самой Тьмы. Фигура Эмиссара Миардель исходила чёрной туманной пеленой, которая, будто длинный плащ, трепетала языками после каждого движения. Держа в руках полыхающий меч, Борзун медленно но уверенно продвигался туда, где сейчас было наиболее жарко. Там, где был главный очаг сопротивления.

Зрение на миг размазалось, чтобы устремиться вдаль, будто я поднёс к глазам морской бинокль. Туда, где сейчас две Ведьмы пытались сдержать всю мощь страшного натиска Наказующих.

Лиэль и Карая. Как две валькирии, они собирали кровавую жатву, отправляя на суд Танатоса одного Наказующего за другим. Спина к спине, чёткие отточенные движения, каждое из которых забирало ровно одну жизнь. Ровно одного последователя Миардель.

Если бы я не знал о взаимной неприязни этих девушек, подумал бы, что это давно сработанная пара, которая только и делала, что тренировалась вести бой с превосходящими силами противника, грамотно прикрывая друг друга.

Ни одного лишнего движения, ни одного промаха. Чётко, словно метроном самой Смерти, две Ведьмы упорно продирались туда, откуда продолжали прибывать наступающие. Они выкашивали ряды Наказующих, чтобы добраться к главному входу.

«Убедился? — насмешливо поинтересовалась Тиамат. — Ничего с ними не случится. Мистик их не оставит!».

— Это она тебе сказала? — я успел пожалеть о своём резком тоне прежде, чем неосторожные слова сорвались с губ. Но Тиамат и в этот раз меня не одёрнула.

«Да, — прошептала Богиня. — Это она мне сказала».

— Прости, — выдохнул я, продолжая судорожно сжимать рукояти «Близнецов». — Что мне нужно делать?

«Всё очень просто, — со смешком ответила Тиамат. — Тебе нужно добраться к Божественному алтарю на нижнем ярусе. И сделать это нужно прежде, чем к нему доберётся он, — построжел её голос. — Сейчас у тебя нет права на ошибку, Мегавайт. Если ты промедлишь, боюсь, станет слишком поздно. Поздно не только для тебя и Лиэль, но и для всех нас. Поспеши».

Ещё несколько секунд я колебался, глядя на то, как две гибкие фигурки стараются сдержать бесконечно вливающийся мутно-серый поток Наказующих, грозящий полностью захлестнуть Ведьм, похоронив их под грязной лавиной, а потом перевёл взгляд на Утрамбовщика, смотрящего на меня с лёгким беспокойством.

— Белый, а ты в курсе, что у тебя сейчас глаза полностью чёрные? — сглотнул Утрамбовщик.

— В курсе, — спокойно кивнул я. — А ты в курсе, где находится вход на нижний ярус?

— Так я тебя туда и веду! — возмущённо поперхнулся гном. — Ты чем вообще слушал? Все наши уже давно там, тебя только ждём!

— Ну, тогда веди, — задумчиво кивнул я.