Несколько раз я применял «Знак Воли Турс», позволяющий оказывать воздействие на нематериальные предметы, пуляя в иерархов обломками крышек саркофагов. Прикинув наносимый урон и сопоставив его с расходом маны в триста единиц на каждое такое действие, я быстро отказался от подобных экспериментов. С этим у нас сейчас успешно справлялся Кастет, глуша тварей дубиной из-за наших спин.

«Лишь бы никого из нас не пришиб», — с содроганием взмолился я, когда злющий тролль в очередной раз промазал по чересчур вёрткой цели.

Сейчас меня выручала только «Туманная вуаль». И хоть она спадала после первого нанесённого удара — это всё равно позволяло наносить урон.

«Нужно копить „ману“, чтобы вызвать „Стража“, — решился я. — Ход битвы это не переломит, но иерархов отвлечёт от ребят».

Уверен, что точное количество перебитых нами иерархов сейчас назвать не мог никто, но то, что мы закончимся намного быстрее, нежели они — факт. Больше у меня времени на рассуждения не оставалось — стелясь по полу крадущимися шагами, к нам с разных сторон приближалась тройка серокожих тварей.

Мелькали «системки», но читать их времени явно не было. Одно успел заметить: я «апнул» уровень.

— Вот паскудство! — выругался гном, добавив в конце несколько непечатных слов, когда в очередной раз безуспешно грохнул молотом по монолитным створкам. — Должны же они как-то открываться?!!!

— А вы вежливо постучите, — немедленно отозвался Хассараг, захрустев очередным яблоком.

— Чтоб ты удавился, — буркнул гном, материализуя щит. — Упырина старая!

Молниеносная атака крайнего левого иерарха застала меня врасплох и среагировать я не успел, подставив левый бок под росчерк когтистой лапы. По ребрам будто рельсом прилетело, заставив охнуть и потерять равновесие. Чья-то рука дёрнула меня за шиворот, втянув в середину строя, а потом боль стала стихать от лечебной магии Яхиля, очень своевременно заметившего такое положение дел.

Но долго прохлаждаться я не имел права, так как Олес, которая немедленно стала на моё место, тоже доставалось не слабо. Эти твари были намного быстрее начавшей уставать валькирии.

Выработанная невольно тактика приносила свои плоды, но, демоны подери, как же медленно нам удавалось расправляться с каждым из иерархов. Димон постоянно пулялся стрелами, отвлекая внимание серокожих, наши щитоносцы в это время принимали все удары на себя, оттесняя врага, в то время, как Кастет, Свэйн, я и Пандорра наносили основной урон.

«Завеса боли» особой пользы не приносила.

Твари всегда безошибочно чуяли, где мы находимся, как, впрочем, и Хассараг, который едко комментировал наши действия, рассказывая своим «птенцам» на «конкретном примере», как бездарно «сливать» схватку.

Нам оставалось убить одного иерарха, когда я услышал долгожданный скрип входной двери.

— Наружу, быстро! — заорал я, из последних сил бросаясь на иерарха со своей половиной жизней. Не знаю, каким чудом мне удалось уклониться от смертельного выпада и скользнуть за спину твари, но профукать такой шанс я не мог. На крайний случай у меня имелся «Тёмный мститель».

«Акупунктура».

В доли секунды я сменил мечи на «крисы» и ударил туда, где пульсировали две багровые точки, размером с крупную сливу — в лопатки иерарха, с хрустом пробив кость.

«Туманная вуаль».

Теперь у меня есть только несколько секунд, пока серокожий от боли не понимает, куда я делся.