— Может, и с юга, — нехотя проронил я, вспоминая свой родной мир. Жаркий, влажный и технически отсталый. Конечно, в нём колесо — это не охренеть какое ноу-хау. Но он уступал даже этой Земле, хотя она тоже далеко не венец развития человечества. Однако именно здесь мне предстоит доделать последние пункты из Списка, а там уже и до награды рукой подать. У меня от предвкушения аж губы раздвинулись в улыбке, а волосы на руках встали дыбом.

— Ты чего так лыбишься? — насторожилась Синявская, сощурив глазки, обрамлённые длинными ресницами. — Давно не ел? Тогда тебе точно стоит пойти под руку моего отца. Он обеспечит тебя всем необходимым и даже больше.

— Ты уже успела забыть, что я никому не служу?

— Да ты пойми… Служа моему отцу, ты можешь возвыситься вместе с ним! — жарко принялась убеждать меня девушка, склонившись над столом так низко, что её аппетитная грудь задела пару хлебных крошек, просмотренных официанткой. — Молодой князь весьма боевитый и широко мыслящий человек. И пусть наше княжество небольшое, население всего четыреста тысяч, а вокруг Чернявска опасные леса, горы да болота, зато князь рано или поздно попробует оттяпать земли у соседних богатых княжеств. И часть этих земель точно отойдёт моему папеньке. А там, может, и император соберёт войска да пойдёт на Европейское Содружество. Не всё же им грабить наши приграничные земли. Им и так повезло. На их территориях раза в два меньше прорывов, чем на наших. Демоны так и прут из них. И если бы они сами не дохли через час после своего появления в нашем мире, то уже давно бы захватили наши земли.

— Так, может, князьям следует перестать грызться друг с другом и всем вместе разработать защиту от демонов? — усмехнулся я, заломив бровь.

— Защиту? Пф-ф-ф, дерьмо собачье! Нужно бить в гнездо демонов, а оно в другом мире. Но поход туда — это самоубийство. Мы можем войти в разрыв, но люди в том мире умирают так же быстро, как демоны в этом, словно сама атмосфера наших миров уничтожает чужаков.

И не только ваших. Все миры убивают чужаков, потому-то между ними могут путешествовать лишь души. Вот я вселился в это тело — и, считай, местный. Однако для такого переселения нужна целая куча ресурсов и прорва времени. К сожалению, по щелчку пальцев я могу создать лишь щелчок.

— Чего молчишь? — вырвал меня из мыслей вопрос Мирославы.

Я хмыкнул и указал взглядом на приближающуюся официантку. Синявская нетерпеливо помахала ей лапкой. Мол, шустрее перебирай ногами. И она действительно ускорилась. Подскочила к нашему столу, с улыбкой выслушала заказ и быстро вернулась с подносом. На нём исходили паром две тарелки с бифштексами и жареным картофелем, а ещё стояли розетки с различными соусами.

Мы с Мирославой спешно принялись за мясо, мягкое, сочное и одуряюще пахнущее. Казалось, что оно тает прямо во рту, не добираясь до желудка. А уж для меня, человека, две недели просидевшего в тюрьме на воде и хлеба, подобное мясо — просто пир богов. Хотя вон даже девчонка на время замолчала, сосредоточено уплетая бифштекс, чем я и воспользовался. Быстро доел, встал со стула и швырнул на стол несколько купюр, обнаружившихся в кармане.

— Пока, — бросил я Синявской, двинувшись к выходу.

— Подумай! Подумай над моим предложением! Поместье Синявских все знают! Приезжай! — крикнула она мне в спину и чуть глуше добавила: — Я всегда добиваюсь того, чего хочу.

Благо она не стала преследовать меня, что дало мне возможность спокойно выйти из кафе.

Дождь уже прекратился, но небо всё ещё оставалось серым и хмурым. Таким же хмурым, как и новый вышибала. Прошлый куда-то свинтил.

— Добрый день, — торопливо промычал вышибала и одарил меня резиновой улыбкой.

— Добрый, — буркнул я, спустился с крыльца и двинулся по безлюдному тротуару, обходя лужи.