— Хорошо, главное не психуй, — согласился с ней и поцеловал в кончик носа.

Девушка кипит, никак у неё не получается успокоиться. Однако, конкретные обвинения не спешит высказывать. Нет, в итоге винит Анастасию Павловну, даже если не та приказ отдавала, то человек-то точно ей подчинялся, а следовательно, и ответственность она несёт. Логика в этом есть, от дурных исполнителей необходимо избавляться или не давать им возможность совершать такое.

— Сергей, а ты как думаешь, причастна Соренских к произошедшему? — поинтересовалась Лена, когда мы приступили к распихиванию вещей на свои места.

— Возможно, но детали могла не знать или кто-то проявил инициативу, — задумчиво ответил я, а потом пояснил: — Анастасия Павловна мне показалась осторожной, расчётливой и вдумчивой. Произошедшее не в её стиле. Знаешь, по игре шахматиста зачастую легко понять его характер. Конечно, с твоей матерью…

— Не называй её так, — перебила меня девушка.

— Почему? — пожал плечами. — Родителей не выбирают, а факт остаётся фактом и тебе с этим жить. Не обязательно с Соренских, да и неизвестно, что у неё на уме, но должна признать очевидное, ты всё же медик и имеешь лекарский дар.

Сироткина некоторое время помолчала, но потом сказала:

— Ладно, убедил, пусть она моя биологическая мать. Допускаю, что между нами даже есть некая магическая связь. Но это не извиняет её за то, что я оказалась потерявшейся. Она меня искала? Так почему плохо⁈ Имея за спиной поддержку клана, как можно не найти ребёнка⁈

— Нам многое неизвестно, — попытался успокоить вновь начавшую заводиться подругу. — Что если кто-то могущественный это провернул? Или думаешь у Анастасии Павловны нет врагов?

— На тот момент она была слишком молода, — покачала головой Лена.

— И что с того? — отмахнулся я. — Удар могли нанести не по ней, а по кому-то рядом, наплевав на ребёнка и его родителей.

— Ты её защищаешь? — девушка удивлённо на меня посмотрела.

— Нет, обвинять не хочу, пока нет подтверждённой информации. Кстати, не случись такое с тобой, то мы бы не встретились, — подошёл и обнял подругу.

Та что-то в ответ буркнула, а потом спрятала лицо на моей груди. Не знаю, мои ли слова на девушку подействовали или она сама себя в руки взяла, но к этой теме мы не возвращались. Как-то так само собой получилось, что оказались в кровати и угомонились когда рассвело. Увы, поспать не удалось, Лена растолкала и заявила, что мы опаздываем.

— И далеко ли ты собралась? — уточнил я.

— Учиться и ещё раз учиться! — со смехом ответила та. — Вставай и не вздумай ложиться. Завтрак готов, иди в школу, а во дворце спорта встретимся. Или ты на тренировки окончательно забил? Кто хотел выиграть городские и областные, а потом отправиться на всесоюзные?

— Думаешь не справлюсь? — поинтересовался, размышляя, как бы подругу поймать и с собой уложить.

Сироткина держится настороженно, близко не подходит, даже не купилась на провокацию, когда попросил посмотреть, что мне в глаз попало. А как только с кровати слез, то предусмотрительно в сторону кухни отступила. Похоже, она начинает меня читать, как открытую книгу. Плохо ли это? С одной стороны — да, ничего не утаить. С печалью в голосе об этом и заявил, на что она весело рассмеялась и заявила:

— Да не по лицу твоему я о коварных мыслях догадалась! Иди под душ, желательно холодной и успокойся. Ничего тебе сейчас не обломится, у нас времени нет, а то до обеда из постели меня не выпустишь.

— Говоришь, что не обладаешь даром чтения мыслей? — хмыкнул я, но послушно побрёл в ванную комнату, стараясь унять бушующие гормоны.

Ледяной душ действительно помог, а в этом ему поспособствовали размышления о словах Лены, про то, что как-то поставленные цели не слишком спешу выполнять.