"Коди и Астор великолепны в роли обузы", сказал я, "Да я, собственно, и не возражаю".

"Их постоянно нужно наставлять на путь истинный, они ведь столько пережили", произнес он.

"О, да, я их наставляю", успокоил его я, и подумал хорошо бы не слишком выделять себя, поэтому добавил, "Они сами стремятся к просвещению".

"Вот и отлично", сказал он, "Мы ведь познакомимся с этими ребятами в воскресной школе, правда?" Мне показалось что это своего рода неприкрытый шантаж, при помощи которого он надеялся пополнить свой список новичков, однако Рита тут же согласно кивнула и мне пришлось согласится и с этим. Кроме того, я был совершенно уверен, что бы там кто ни говорил, Коди и Астор найдут душевное спокойствие уж точно не здесь.

"А теперь поговорим о вас двоих", продолжил он, откидываясь на спинку кресла и потирая ладони, "Отношения в современном мире должны основываться на крепкой вере", говорил он глядя на меня с надеждой, "У вас как с этим, Декстер?"

Итак, вот оно. Уж, поверьте – рано или поздно, священник всегда найдет способ так повернуть разговор, что он коснётся именно его области. Не знаю, что хуже – лгать священнику или кому-то другому, но я действительно хотел быстро и без обид закончить этот разговор. Получится ли это, если я расскажу ему правду? Предположим, я сказал правду, сказал что-то типа "Да, я действительно верую, святой отец. В человеческую жадность и глупость. В безмятежность острой стали в лунном свете. Я верю в невидимую, тёмную и холодную радость своей тени внутри. В абсолютную чистоту и ясность своего ножа. О да, я верю, преподобный, и даже больше, моя вера это уверенность, потому что я вижу холодный практический результат и я знаю что вот это реально. Это реальность, в которой я живу".

Но в сущности, вряд ли мне удастся переубедить этого человека, тем более мне не стоит волноваться о том что я попаду в ад, если солгу священнику. Если ад и существует, то я уже практически купил билет в первый ряд. Поэтому я просто сказал, "Вера это очень важно". И казалось, этого ему было достаточно.

"Вот и славно", пробормотал он и украдкой взглянул на часы. "Декстер, у вас есть какие-нибудь вопросы?"

Хороший вопрос, но он захватил меня врасплох, так как я, как раз обдумывал как бы получить ответы на мои вопросы не задавая их. Я был готов увиливать по крайней мере еще час. А действительно, о чём можно его спросить? Они используют виноградный сок или настоящий кагор? У них даровница металлическая или деревянная? Правда ли что танцевать грешно? Я просто не был готов! А он, к тому же, казалось искренне хотел ответить. Поэтому я спросил преподобного Жиля с улыбкой на лице, "Фактически, я хотел бы знать что вы думаете об одержимости дьяволом".

"Декстер!", поперхнулась Рита и нервно улыбаясь стала оправдываться, "Это не… Ты же не можешь действительно…"

Преподобный поднял руку, "Всё нормально, Рита". "Думаю я понял о чём Декстер спрашивает". Он откинулся и кивнул, улыбнулся, и обратился ко мне с милым и всезнающим выражением на лице, "Вы долгое время не бывали в церкви, да, Декстер?"

"Ну, это правда", признал я.

"Думаю, вы считаете что новая церковь очень хорошо подходит к современной жизни. Однако главный критерий – любовь нашего Господа – не изменился. Но вот понимание этой любви у людей может изменяться". И он даже подмигнул мне, "Думаю вы понимаете что демоны это для Хеллоуина, а не для воскресной службы".

Ну, всё равно хорошо получить ответ, пусть даже не тот какого ожидал. По правде сказать, я не думал, конечно, что преподобный Жиль тут же вытащит какой-нибудь колдовской талмуд и начнёт читать заклинания, но надо признать – я был несколько разочарован.