Через миг ударная волна отшвыривает прочь её, а также не к месту оказавшегося каппу и едва не сбивает меня с ног.

Мощнейший взрыв заставляет воду хлынуть прочь от эпицентра, окатив всех нас с ног до головы.

Не знаю, насколько прочный у неё защитный барьер, но вместе с детонацией слышу мучительный вопль Кукольницы и улавливаю смрад обгорелого мяса. Женский силуэт оставляет за собой чадящий след и с грохотом бьётся о зеркальную гладь, чтобы тут же уйти на дно.

Я чувствую, как по нити арканы на мой разум обрушивается волна агонии и ужаса, а потом эта связь… исчезает. В ту же секунду моё тело вытягивается в рывке. Спурт и Глайд разгоняют его в десятки раз. Реальность становится заторможенной и вязкой.

Даже находясь в чужой власти, я продолжал анализировать границы её сил, и одно событие не укрылось от моего взгляда. Миа потеряла контроль над своими слугами, когда отвернулась от них. При этом она целенаправленно не спускала глаз с меня и Масару, даже когда была вынуждена укрыться за спиной клуазона. Это одно из ограничений её силы. Кукольнице нужно видеть своих кукол.

Я терпеливо ждал своего шанса, и сейчас не намерен его упустить.

Из-под воды выныривает фигура оппонентки. Раскалённая броня покраснела, от попугаистой причёски остались жалкие угли, кожа покрыта ожогами.

Она трясёт башкой, кашляет и воет от боли, но при этом пытается сфокусироваться и вернуть над нами контроль. Часто-часто мигающие глаза Мии находят Хотэя, и тот, уже вскидывающий оружие, застывает. Она оборачивается.

Мышцы почти отрываются от костей. Убийственный выброс адреналина придаёт моим действиям сверхъестественную быстроту. Я отдаю всё, разгоняя себя до предела. Дамочка очень медленно поднимает на меня взгляд и…

Сияющий белоснежный канат стегает её самым концом. Под ещё один оглушительный крик та отшатывается по колено в воде, вскидывая опалённые руки к обезображенному лицу. Поперёк него протянулась выжженная борозда. Плоть потекла, словно горячий воск, изменив свою форму. Почерневшая кожа запеклась, покрытая вскипевшими и сразу лопнувшими волдырями. На месте глаз зияют провалы.

Эта картина вызывает во мне отвращение и вместе с тем облегчение. Ослепшая Кукольница не сможет вновь подчинить себе никого из нас.

Выбитая из равновесия, она валится назад, спиной в студёную воду и воет от боли. Внезапно затихает, открывая рот в немом крике, судорожно шарит слепыми пальцами вокруг себя и пытается дотянуться до меня псионикой. Спинным мозгом чую, как она фокусирует свои ментальные способности.

— Егерь-сан, сзади! — орёт Хотэй, вынуждая меня переключить внимание на другую проблему.

Ямаваро-каппа, изрядно пострадавший от удара молнии, за прошедшие несколько секунд успел исцелиться и ещё как. Обугленная шкура отпала рваными полосами и сейчас качается на воде, а на теле уже проступает свежее розовое мясо, покрытое плёнкой воды. Та ведёт себя как-то странно, будто вибрирует тысячами крошечных пузырьков.

Похоже, какая-то способность на основе гидрокинеза резко ускорила его регенерацию.

Местный предводитель фокусирует на мне свой огромный вертикальный глаз, и я прекрасно помню, чем это внимание закончилось для парочки ящериц — трансформацией в кроваво-костяной кисель.