Хрустнув шеей, «снимаю трубку» и говорю:

— Да, Гарм, я тебя слушаю.

Глава 13

Секунду стоит тишина, а потом у меня в ухе раздаётся низкий хриплый голос рыжебородого скандинава.

— Не люблю, когда мои игрушки ломают, — тянет Гарм.

— Тогда не нужно их раскидывать, — спокойно отвечаю я.

— Забавно, — усмехается собеседник. — Ты мне ещё на Конклаве понравился, парень. Яйца — это то, чего не хватает большинству выживших. Тем обиднее будет тебя убивать.

— У меня график плотный, — равнодушно отмахиваюсь я. — Запишу тебя на май.

Слышу рокочущий смех, а следом:

— Не зазнавайся, малец. Тебе ещё не доводилось встречать кого-то, похожего на меня. Я — первый, и я всегда буду первым.

И эти люди <strikethrough>запрещают мне ковыряться в носу</strikethrough> указывают мне на скромность!

— Как там говорится?.. — парирую я. — Если тебе нужно заявлять, что ты король — ты не настоящий король.

Ви́дар затихает на секунду, а когда продолжает из его голоса исчезает веселье.

— Ты в любом случае заплатишь — кровью или арканой. Выбирать тебе. Пока что. Ведь это окно сужается с каждой прошедшей секундой.

Он даже не спрашивает, почему я прикончил Кукольницу, а я в любом случае не собираюсь оправдываться, поскольку чувствую себя в своём праве. Эта сука посмела перехватить контроль над моим телом, такие вещи не прощают.

— Картошкой возьмёшь? Килограмма три. Ладно, три с половиной, — делаю финальное щедрое предложение. — Во столько я оцениваю жизнь Мии.

— Ты, кажется, не понимаешь, с кем связался, молокосос, — собеседник медленно роняет слова, как бетонные плиты. — Думаешь, прикончил моего человека, и это хоть сколько-то впечатлило меня? Она облажалась. За это я бы сам заставил её кричать от боли, но ты поднял руку на то, что принадлежит мне. И этого я не прощу. Всё. Поезд ушёл. Компенсация арканой больше не обсуждается.

— Отлично, ведь ты в любом случае не увидел бы от меня ни цента.

— Ты пожалеешь об этом решении, — голос Гарма звучит спокойно и уверенно.

— Да я уже жалею, что снял трубку. Стоило бы сразу послать тебя на хер и сэкономить время. Хочешь что-то мне предъявить? Так приходи и побеседуем вживую.

— Не торопи события, мальчик, — тянет скандинав с пренебрежением. — Твой час ещё не настал. Но он обязательно пробьёт, и тогда я покажу, почему меня называют Зверем. Ты увидишь, что такое настоящая сила.

— Зверем? Извини, я не боюсь хомячков.

Улавливаю негромкий зубовный скрежет.

— До встречи, Егерь.

— Буду ждать, — я пожимаю плечами

Звонок прерывается.

— Ну вот и поговорили, — бормочу я, оглядывая окружающее меня болото.

Если бы здесь находилась Нако, она бы наверняка упрекнула меня, что я поступил в своей традиционной манере — эскалировал конфликт, вместо того, чтобы погасить его. А я не согласен.