Этот вечер был очень тяжелым. К тому времени, когда Терренс вернулся вместе с доктором Гартвейтом и несколькими конюхами, ее нервы были натянуты до предела. Врач быстро наложил шину и отправил лорда Седжвика на носилках в Торнхилл. Там пациента поместили в комнату для гостей, затем доктор внимательно обследовал сломанную ногу, сделал сложную повязку и повторно наложил шину. Кроме того, он самым тщательным образом обработал рану над глазом: почистил ее, наложил швы и аккуратно забинтовал. Рана оказалась достаточно глубоко, поэтому Мэг знала, что доктор опасается угрозы сотрясения мозга и воспалительных процессов. Хотя пациент сейчас спокойно спал, он тем не менее нуждался в постоянном присмотре.

Хотя Мэг и расположилась со всеми удобствами, она понимала, что, к сожалению, не сможет долго выполнять роль сиделки. Темная комната навевала на нее сон. Следуя указаниям доктора, они задернули тяжелые бархатные портьеры на окне, из которого открывался вид на конюшни, и обшитая деревянными панелями комната теперь освещалась только огнем камина и несколькими свечами. Мэг подавила зевок. Ей просто необходимо размять одеревеневшие мышцы. Понимая, что она не способна встать и заняться каким-нибудь мало-мальски полезным делом, когда в камине такой уютный огонь, а в руке чашка чая, Мэг предпочла еще ниже сползти по спинке стула, вытянуть вперед ноги и, скинув домашние туфли, сжать пальцы на ногах.

– Мэг!

Услышав осуждающий возглас, произнесенный театральным шепотом, Мэг только простонала в ответ и повернула голову к своей бабушке.

– Сядь прямо, девочка моя, – сказала Ба тихим, но твердым голосом, глядя на кровать с пологом на четырех столбиках, стоящую на другом конце комнаты. – Как бы то ни было, здесь присутствует джентльмен. Мне бы не хотелось, чтобы лорд Седжвик решил, что ты невоспитанная молодая леди.

– Ба, этот человек без сознания, – мягко сказала Мэг. – Если я даже разденусь сейчас догола, он ничего не заметит.

Мэг услышала, как ее бабушка резко втянула в себя воздух, и заметила, что глаза старой женщины расширились от возмущения.

– Не забывайтесь, Мэг Эшбертон! – прошипела Ба, в то время как ее глаза метнулись к кровати, словно она опасалась, что лорд Седжвик их подслушивает. – Он может в любой момент очнуться. Будет ужасно, если он увидит тебя, развалившуюся на стуле самым непристойным образом. А теперь, девочка, сядь прямо!

Мэг покорно вздохнула и выпрямилась, спрятав свои длинные ноги под стул и скрестив их в лодыжках. Она взяла чашку с чаем, поднесла ее к губам, аккуратно держа длинными розовыми пальцами, и сделала маленький глоток. Бережно опустив чашку на блюдце, она повернулась к бабушке и вопросительно подняла брови.

– Гораздо лучше, моя дорогая, – сказала Ба со спокойной улыбкой. – При желании ты можешь быть весьма элегантной леди.

Мэг фыркнула, что выглядело не слишком благовоспитанно, и сделала еще один глоток.

– Я думала, ты уже отказалась от мысли превратить меня в истинную леди, – сказала она наконец.

– Да, но ведь это было прежде.

– Прежде чего?

Ба указала в направлении кровати и улыбнулась.

– Ты можешь еще раз попытать удачу, Мэг.

Мэг на мгновение закрыла глаза и глубоко вдохнула.

– О Ба… – Она поставила чашку и заглянула в сияющие, полные надежды глаза своей бабушки.