В рубке стояла какая-то тягостная тишина, которую никто не решался нарушить. Все видели на экранах, как Къюг забрался на «марафонца», и Пловец сразу направил корабль вверх. Сейчас они уже покинули атмосферу планеты и вышли на орбиту.

    – Капитан, какие дальнейшие приказы? – негромко спросил нейроштурман.

    – Летим к Лагуне, – сказал Ладимир и откинулся в кресле.

    * * *

    Прима встретила их дождями. Погода на планете большую часть времени была солнечной, лишь на несколько недель в году наступали сезонные ненастья – небо затягивали тучи, непрестанно шел мелкий дождь, временами переходящий в ливень.

    «Марафонец» сразу отправился в ремонтный ангар на восстановление и перевооружение, а команда поселилась в гостинице рядом с портом.

    По прибытии они проверили все точки связи, но обнаружили на них только свои собственные сообщения. «Пилигрим» так и не появился. Ладимиру оставалось только гадать, что могло случиться.

    Тревога капитана за судьбу корабля постепенно передалась и остальным членам команды. Все ходили мрачные, напряженные, вслух никто не говорил, но каждый думал о том, что могло произойти с «пилигримом». Пасмурная погода тоже вносила свою лепту в общее настроение.

    На следующий день Лад получил сообщение, что губернатор Сен-Лиз вернулся на Приму и хочет его видеть.

    Каменев собрался и попросил Георгия его отвезти. Окутанная слабым силовым полем, машина мчалась в потоках дождя, с включенными габаритами. Казалось, что низкие тучи давят на город своей клубящейся массой. Видимый издалека хрустальный пик почти касался их своей вершиной. Капитан проводил его грустным взглядом и вздохнул. По дороге Лад и Георгий молчали, но, уже подлетая к резиденции, грек сказал:

    – С ним Андреас и Константин, они не позволят ему захватить корабль.

    Ладимир в изумлении посмотрел на него.

    – Ты это про что? – спросил он, чуть отодвинулся назад, развернулся к Статосу лицом и нахмурил брови.

    – Я про Петера, вряд ли он мог…

    – А кто сказал, что я так думаю? – резко спросил капитан. – Это ты сам придумал?

    – Нет, но Рудольф рассказывал, что говорил Къюг, и мы подумали…

    – Значит, Рудольф рассказывал, что говорил Къюг, ага! И вы подумали… Понятно! – Ладимир разозлился. – Что еще вы надумали? Ну?!

    – Больше вроде ничего, – осторожно ответил Георгий, смущенный неожиданным гневом капитана.

    – А другие версии вам в голову не приходили? – ледяным тоном поинтересовался Каменев. – Смогли только все списать на предательство человека, который неоднократно спасал всем нам жизни, с которым мы сражались бок о бок…

    – Нет, – попытался оправдаться Георгин, – наоборот! Я же говорю, что он не мог так сделать…

    – Я слышал, что ты сказал. Если следовать логике твоих слов, то Петер не мог так поступить, только потому, что за ним приглядывают твои братья, но, если бы ему ничего не мешало, он непременно завладел «пилигримом»! – Ладимир уже кричал на грека.

    – Нет… то есть…

    Капитан не дал Статосу сказать:

    – Мало того, вы приписываете свои мысли мне!

    В этот момент Георгий направил машину вниз и остановил ее у ворот резиденции.