Каменев вздохнул:

    – К сожалению, мне не удалось ее спасти, хотя я был всего в нескольких шагах… – Воспоминания о тех минутах вновь нахлынули на Лада, отразившись на его лице. Капитан поднялся, налил себе выпить, потом вернулся на место, взял себя в руки и стал рассказывать дальше: – Этот же третий, или, может быть, кто-то еще, я пока не знаю точно, подбросил Стюарту какую-то запись, на которой якобы я нанимаю похитителей…

    – Но ведь это бред! – воскликнул Сен-Лиз. Он сразу вспомнил взгляды, которыми смотрели друг на друга Ладимир и Валенсия, когда находились в его кабинете.

    – Тем не менее адмирал поверил и считает меня убийцей своей дочери.

    – А как вы узнали про Къюга?

    – Случайно. Он проговорился. Правда, мне стоило труда добыть из него всю информацию.

    – Постойте, а где вы его нашли? – удивленно спросил губернатор.

    – Они с Мигелем Менкесом устроили эдакий рейд против адмирала Стюарта.

    – Да, да, я про это слышал, но каким образом вы с ними столкнулись?

    – Люди Менкеса нашли меня на одном из кораблей Стюарта, у которого я был в плену.

    – Когда? – изумился Сен-Лиз.

    – Буквально пару недель назад. Я угодил в ловушку и оказался в руках адмирала.

    – Невероятно, – проговорил губернатор. – Продолжайте!

    Ладимир кратко пересказал ему события, произошедшие с ним с момента пленения и до прибытия в порт Примы.

    Несколько минут Сен-Лиз сидел, не находя слов, потом произнес:

    – Ну, знаете… За такое нужно выпить! Я поражаюсь вам, Ладимир. Правда, сейчас я не знаю, что мне делать… радоваться или огорчаться.

    – Отчего такие сомнения?

    – Понимаете, отношения Лагуны и Империи – это несколько более сложный механизм, чем может показаться вначале. Это обычные обыватели думают, что Лагуна отстояла сбою независимость много лет назад, но на самом деле борьба идет и сейчас, каждый день, каждую минуту… Порой приходится применять силу, чтобы показать императору – Лагуна по-прежнему сильна, по-прежнему независима и может не только показывать зубы, но и кусать, причем больно кусать…

    Губернатор склонил голову, опершись лбом на ладонь, и негромко засмеялся.

    – Ладимир, вы, сами того не подозревая, разрушили мои планы.

    – Какие планы, губернатор? – Он не разделял веселья Сен-Лиза.

    – Понимаете, мы с императором крайне редко вступаем в открытую конфронтацию, это не выгодно ни ему, ни мне. Но делать небольшие стратегические ходы – это сколько угодно! Говоря языком шахмат, движем пешками, в надежде, что одна из них станет королевой. Эскадра адмирала Стюарта – пешка императора, а Мигель Менкес – моя. Точнее, был моей пешкой, пока не пересекся с вами.

    – Менкес работал на вас? – удивился Ладимир.

    – Не напрямую, конечно, – пожал плечами Сен-Лиз. – Через подставных лиц – неких бизнесменов, которые из-за действий Стюарта понесли финансовые потери.

    – А я думал…

    Губернатор снова засмеялся:

    – Перестаньте, Ладимир. Не может быть, что вы настолько наивны, чтобы поверить в патриотизм местных обитателей.