— Мне хотелось бы знать точную последовательность событий. Но выстрелы были произведены с близкого расстояния, — уточнил доктор Диксон.

— Следы пороха на одежде?

— Нет. Не так просто. Хотя мне удалось найти остатки обгорелой одежды, и я обнаружил на них частицы свинца. Невооруженным глазом этого не увидеть, но рентген высветил их.

— И с какого расстояния был произведен выстрел?

— Я бы сказал, что от двух до восьми футов.

— Что такое? — воскликнул Степни. — Это не увязывается ни с одной из версий!

— Именно поэтому я хочу проверить все еще раз. Может быть, мне удастся обнаружить нечто, доказывающее невиновность Трентона.

— У вас ничего не выйдет. Возможно, он сделал это не так, как он нам рассказывает. И не в то время. Но убийца — он. Стрелять больше было некому.

— А если не так?

— Боже, Герберт, больше некому! Взгляните на факты, они все против него.

— Как раз этим я и занимаюсь.

— Карьера полицейских чинов зависит от раскрытия убийства, и они убеждены, что дело скоро будет завершено.

— А если они ошибаются?

— Ну, мы должны располагать неопровержимыми доказательствами. А то, как дела обстоят сейчас… Я буду рад, если вы подтвердите их правоту.

— А если нет?

— Тогда и поговорим. Сейчас поставлено на кон слишком многое — для расследования этого убийства задействована полиция двух штатов.

— И ставка — одна человеческая жизнь, — добавил доктор Диксон.

— Шериф Лендис сказал, что они нашли пальцевый отпечаток Роберта Трентона на орудии убийства. Это его большой палец. Никаких сомнений.

— У меня есть фотографии найденных гильз. Точно только одно — они 32-го калибра. Однако это ничего не доказывает.

— Мы должны быть объективными, Герберт, — покачал головой полковник. — Вы плыли с Трентоном на теплоходе, подружились с ним. Нельзя односторонне рассматривать дело, тем более примешивать личное.

— Конечно. Но я хочу, чтобы моя совесть была чиста.

— Никто и не просит иного… но если мы выдвинем другую версию, должны быть собраны веские доказательства, только тогда мы сможем подтвердить нашу правоту. Мы обязаны доказать невиновность Трентона. Но пока это совершенно невозможно. У него был пистолет. Из него дважды стреляли. Он сам признал, что стрелял дважды.

— Я знаю, — сказал доктор Диксон. — Я не могу обещать, что найду что-то. Может быть, я ничего не смогу обнаружить.

— Но если найдете, желаю вам найти многое.

— Я постараюсь найти все, что осталось, полковник.

Полковник Степни задумчиво шагал по лаборатории:

— Ну ладно, — произнес он наконец. — Пойдем до конца, доктор. К чертям береговое сотрудничество!

Глава 24

Шериф Лендис и прокурор Нортон Беркли провели совещание.

Глаза шерифа торжествующе блестели. Окружной прокурор время от времени одобрительно кивал, делая какие-то записи.

— У нас все сошлось, — докладывал шериф. — Мы договорились о сотрудничестве с полицией соседнего штата. Они освобождают Марвуса Гентри, который даст нам необходимые показания, и мы докажем причастность Роберта Трентона к контрабанде наркотиков.

Беркли кивнул.

Шериф радостно продолжал:

— Но это цветочки.