— Ну да? — подначил полковник.

— Этого не могло быть.

— Почему же?

— Пули, угодившие в Харви Ричмонда, оказались смертельными. Они попали прямо в сердце. То есть одна попала в сердце, а вторая — чуть выше, повредив аорту. А теперь вспомните время стрельбы, начало пожара и место, где он произошел. Роберт Трентон рассказал этим троим свидетелям, что дважды выстрелил в человека на яхте. Он утверждает, что едва видел его в темноте, но признает, что стрелял два раза. И сразу же начался пожар. Далее, когда яхта загорелась, ее течением снесло вниз по реке, и яхта села на мель. Люди на борту справились с пожаром, пустив в ход огнетушители и помпы, после чего скрылись. Яхта сильно пострадала. Пожарные увидели зарево, бросились к реке и обнаружили, что горящая яхта стоит на середине реки. Тогда они повернули назад, поскольку у них не было специального оборудования для подобных случаев, да и в бинокль они увидели, что команда яхты держит ситуацию под контролем. Я узнал об этом только сегодня утром. Я поехал туда, нашел обгоревшее тело. Владелец яхты — Сэм Джойнер. Я разыскал его. Его рассказ мне не понравился, и я арестовал его. Вскоре он раскололся. Он видел, как Трентон стрелял. Сейчас не остается никаких вопросов насчет времени: когда Трентон сошел на берег с яхты, когда он стрелял из пистолета и когда начался пожар. Но нам нужен мотив. Если мы докажем, что Трентон ввез в страну героин, а Ричмонд висел у него на хвосте, у нас получится превосходный мотив. А вам всего-то и нужно — снять обвинение с Гентри.

— Вместе с Гентри была женщина, когда мы арестовывали его, — заметил Степни.

— Это его подружка, — торопливо объяснил шериф. — Она поехала с ним покататься. Она не имеет никакого отношения к банде, а когда вырыли наркотики, ее там и близко не было. Поэтому ваши люди и упустили ее. Она стояла у машины, а когда увидела, что началась заварушка, перебежала на другую сторону дороги — и была такова! Женщина не имеет никакого отношения к делу. Мы ничего не добьемся, арестовав ее. И как только вы попытаетесь это сделать, Гентри зашьет себе рот.

Полковник Степни встал с кресла и принялся шагать по кабинету, раздумывая о сложившейся ситуации.

— Послушайте, — снова заговорил шериф Лендис. — Я все уже устроил. Отдел ФБР по борьбе с наркотиками готов сотрудничать. Они хотят побыстрее выдвинуть обвинение против убийцы Харви Ричмонда. А вам всего-то надо поработать вместе с нами, и все будут довольны.

— У Гентри есть судимости?

— Нет. Даже приводов не было. Парни, мы вам всегда помогаем, и я никак не пойму, почему вы не хотите помочь нам?

— Сколько времени прошло с того момента, как трос яхты отвязали от причала, и до возгорания?

— Две-три минуты.

— Откуда это известно?

— Ну, я основываюсь на показаниях свидетелей. Судя по времени, когда они заметили зарево пожара или отражение огня в воде, не могло пройти больше трех минут.

— Мне это не нравится, — заявил полковник Степни.

Лицо шерифа Лендиса помрачнело.

— Вы часто просите моих парней…

— Погодите, — перебил его Степни. — Поймите меня правильно. Я просто хочу сказать, что в деле есть несколько аспектов, которые мне совсем не нравятся. Что касается этого Гентри, мы пойдем вам навстречу. Если хотите, так оно и будет.

Шериф Лендис широко улыбнулся. Он пересек кабинет и затряс руку полковника.

— Вы не пожалеете! — воскликнул он. — Лично для меня это много значит. И для прокурора тоже.

Глава 22

Сэм Джойнер обсуждал свои дела с адвокатом.