Лешка, что с тобой? — испугался Ромка и бросил взгляд на кухню, где возилась Валерия Михайловна. — Маму позвать? У тебя что-нибудь болит?

— Ничего не болит, — прошептала девочка. Ромка склонился ниже и увидел, что Лешкины слезы намочили последнюю страницу небольшой книги, и это был отнюдь не учебник.

«Белый Бим Черное Ухо», — прочитал он заглавие на обложке.

Я знаю про такую книжку. Еще, говорят, и кино такое было. Только конец у него очень плохой. Хозяина этого Бима забирают в больницу, а он сам попадает то к хорошим, то к плохим людям, и зло в конце концов побеждает. Очень грустная повесть.

Рома, — прошептала Лешка, — мне еще никогда и никого не было так жалко, как эту собаку. И еще я подумала, что и с Дожиком, с Бангом то есть, может произойти такая же история и он тоже погибнет, как и Бим. Собственно говоря, она уже и происходит. Вот где он сейчас? Мне так страшно! И ухо у него одно тоже черное, и хозяин его тоже в больнице, — и она снова горько заплакала.

Ромка отобрал у нее книжку.

Я же обещал, что мы во всем разберемся и найдем Банга. И вот еще что. Когда мы ехали в метро, я загадал, что если наши предки сегодня не станут возникать по поводу нашего отсутствия, то у нас все получится. И видишь, мама ничего нам не сказала. Ну скажи, ты мне веришь, что все будет окей?

Сестра подняла на него свои огромные, полные слез глаза.

Не знаю. Наверное, но я так за него боюсь.

Не бойся. Прямо завтра мы начнем действовать в полную силу. Ведь мы еще не развернулись как следует. Я что-нибудь новенькое предприму, вот увидишь! Всю ночь буду об этом думать. А сейчас успокойся, пожалуйста.

Как тут успокоишься! — И Лешка снова тихо всхлипнула.

Глава XI

МАШИНА БЕЗ НОМЕРА

Ну, сейчас я его расколю! Он у меня сейчас попляшет! — зловеще проговорил Ромка, нажимая на кнопку звонка квартиры, где находилась мастерская Георгия.

Думаешь, тебе это удастся? — в который раз спросил его Венечка, с тревогой заглядывая другу в лицо.

А то! Сейчас скажу, что его кое-кто видел в тот самый день и час у дома Матвея Юрьевича, когда произошла кража. И что он нам на это ответит? Если перепугается или бросится в объяснения, мы сразу поймем, что он и есть вор.

Ромка позвонил еще раз, но за дверью было тихо.

Неужели зря ехали?! — расстроился юный сыщик и покосился на квартиру Василия. — Жаль, что с этим все ясно, ничего больше у него не выяснишь! И ни в чем не заподозришь.

Но тут дверь первой квартиры, словно повинуясь его взгляду, вдруг открылась, и на площадку выскочил Максим.

Вы к дяде Гоше? — спросил он. — А он еще утром куда-то ушел. С рюкзаком. В лес скорее всего. Он туда часто ходит.

Видишь, и Арина о том же говорила, — прошептала Лешка. — Значит, Георгий не нарочно так тогда оделся.

Но он и разговаривал с нами, как бомж, — так же шепотом ответил ей Ромка и уцепил Максима за руку. — Слышь, а приходит он поздно?

Не знаю, когда как, а что? Зачем он вам?

Нужен, — вздохнул сыщик, удерживая мальчишку. — Постой! Ты случайно не помнишь, в позапрошлый четверг, почти две недели тому назад, он что делал? Дома был или уходил куда?

Ну и вопросик, — усмехнулся Венечка. — Разве можно такое помнить?

Рома, ты что, смеешься? — поддержала Венечку Лешка. — Ты-то сам можешь сказать, кого видел две недели тому назад и чем в тот день занимался?

Запросто, — ответил Ромка. — Лично я все, что угодно, могу вспомнить. Припомнишь одно, потом другое, главное, зацепиться за какую-нибудь присущую тому дню деталь.