— Отстану, когда свою долю получу. Мне деньги позарез нужны. Не тебя одну допрашивают. Сейчас мне деньги нужней, чем тебе, — и ты мне их дашь, вот увидишь.

— Повторяю, в доме нет ни цента. Можешь сам поискать, если мне не веришь.

— Где ж они тогда?

— Кто они? — с деланным изумлением переспросила она.

— Кто-кто?! Деньги, доллары! Когда Бен вернулся из Сакраменто, он купался в деньгах.

— Ты имеешь в виду комиссионные за дом Уичерли? Да их нет давно. Большую часть заплатили агенту, который занимался продажей, а остальное пошло финансовой компании. Они хотели забрать машину. Короче, ты на эти комиссионные претендовать не можешь.

— Не о комиссионных речь. Я говорю обо всей сумме, о наличных, полученных за дом. Бен ведь специально ездил в Сакраменто за этими деньгами и получил их. От меня он все, понятное дело, скрыл, но мне про это одна маленькая птичка напела — она меня держит в курсе всех событий.

— Поменьше слушай птичек, они тебе такое напоют, сам не рад будешь. С какой стати было миссис Уичерли платить ему всю сумму, сам посуди?

— Только не изображай из себя большую дуру, чем ты есть на самом деле. Все равно не получится.

— Слушай, отвяжись, а? — сказала Салли, повысив голос. — И не стой надо мной. Своим упрямством ты напоминаешь мне отца.

— А ты мне — мать. Ладно, не будем спорить, сестренка. Пойми, я в безвыходном положении. Я не вру, часть денег — моя по праву. Ты же не хочешь зла родному брату.

— Раз ты в безвыходной ситуации, продай магазин или машину.

— Машина — дерьмо, подсунули черт знает что. А магазин даже аренду не окупает. И потом, продавать его — целая история, а у меня времени нет. Мне сваливать надо. Сегодня же.

— Опять что-то натворил? — Чувствовалось, что этот вопрос сестра задает брату не впервые. — Признавайся.

— Значит, Бен тебе ничего не рассказывал? Что ж, может, правильно сделал. Он не посвящал тебя в свои дела, и я не буду, а то еще проговоришься.

— За тобой гонится полиция?

— Пока нет, но скоро погонится. Сегодня днем ко мне в магазин наведался один частный сыщик. Следом за ним придут и другие.

— Их интересует Бен? — спросила слабым голосом Салли.

— И Бен тоже. То, что случилось с Беном, может случиться и со мной. — Стэнли хмыкнул. — Поэтому-то я и рву когти. Сегодня он, завтра я.

Скрипнул стул. Раздался женский вздох.

— Ты его убил, Стэнли?

— Ты что, спятила? — возмутился Квиллан, но, судя по голосу, он был даже польщен.

— Я серьезно, Стэнли. Скажи, ты его убил?

— Если б я его убил, меня бы здесь уже не было. Я бы в Австралию ехал. Причем первым классом.

— На какие деньги? У тебя же нет ни гроша.

— На денежки твоего муженька. А теперь кто-то их, видать, прибрал к рукам.

— Нечего на меня так смотреть. Я понятия про эти деньги не имею.

— Честно?

— Голову даю на отсечение, — как-то по-детски поклялась она. — В полиции мне сказали, что у него в бумажнике было всего четыре доллара.

— Четыре доллара? А пятьдесят тысяч не хочешь?

— С чего ты взял, Стэнли?

— Со слов Джесси. Я вообще-то не хотел тебе говорить, но раз уж зашел разговор...

— У него с Джесси что-то было?

— Я же тебе вчера сказал, что Бен за ней приударил. На днях, в мое отсутствие, он к ней заявился. Узнал я об этом от старухи Гирстон, жены управляющего, она его видела и все мне рассказала.