— Вроде бы да, — Шини задумался. — Какая-то у неё повышенная прочность, что ли. В общем, древние такой резьбы не знали.

— Точно, не знали, — согласился Аквист. — Действительно, впору в пришельцев поверить.

— Или в то, что диск сделали недавно, — хмыкнул Шини. — Может, и правда, это новодел, и нам кто-то морочит голову?

— Не похож он на новодел, — мрачно отозвался Аквист. — И потом, камень. Сам камень. Его искусственно не сделаешь.

— Ну это да…

В этот раз в автобусе ехали долго. По дороге успели подремать, перекусить, потом снова подремать. Погода к дреме располагала, дождь всё никак не прекращался, над землей висели низкие унылые тучи. А в автобусе было тепло, сухо, да к тому же им достались уютные мягкие кресла в верхнем салоне. Автобус шел медленно, видимо, водитель решил не рисковать на мокрой дороге, поэтому ехали почти три часа.

Наконец, приехали. С сожалением покинули кресла, надели дождевики и вышли на поселковую улицу.

* * *

Поселок оказался так себе. Ни новых домов, ни хороших дорог. Дома по большей части «семейственные» — то есть два крыла и связка посредине, в которой дверь на улицу. Мужская часть дома поскромнее, та, что для женщин и детей, понаряднее. Гермо, ясное дело, мотыляются между двух половин дома. Ну, так уж издревле заведено. Между домами — огородики и палисаднички, причем, судя по всему, деревня живет и рынком, и обменом, потому что у одних, например, растут только овощи, у других всё засажено рибиром (из ягод которого как раз лхус и варят), у третьих — торчат одни плодовые деревья и больше ничего. Не самый бедный поселок, но и не особо богатый.

Спросив у какого-то местного мужика, где тут болото, они получили нечленораздельный ответ и взмах руки, указующий в сторону околицы. Расспрашивать их мужик почему-то не стал, и Аквист этому про себя немного удивился — обычно в таких небольших селах все всех знают, а вновь прибывшими интересуются. Так, на всякий случай. Но тут никакого удивления. Словно так и надо.

Выяснилось, что действительно «так и надо». Оказывается, болото сейчас осушали. Видимо, поэтому мужик и не удивился, он просто принял Аквиста и Шини за новых рабочих.

Выйдя за околицу, они увидели множество техники, земляные отвалы, и четыре канала, идущих вдоль поля и заполненных темной непрозрачной водой. По отвалам бродили какие-то личности в дождевиках, иногда тыкая в груды земли палками.

— Чего это они делают? — удивился Шини.

— Может, что-то ищут? — Аквист присмотрелся. — Слушай, и вправду, ищут…

Они подошли ближе.

— Эй, уважаемый! — окликнул ближайшую фигуру в дождевике Шини. — Чего интересного нашли?

— Иди к Кугеру, его спрашивай. Шнягу одну нашли, и дохлятину старую. То вепель, то ацха… Надоело! Я, в конце концов, археолог, а не грязевая выдра!!!

— А где Кугер? — Аквист понял, что фигура в плаще приняла их за кого-то этой фигуре знакомого, и решил не сопротивляться.

— Да вон там, где трактора. Добычу разбирает…

Пошли к тракторам.

— Слушай, — вдруг остановился Шини. — Кугер, он сказал?

— Точно, Кугер, — Аквист тоже остановился рядом с другом. — Так это же профессор археологии из нашего университета! Выходит, это он нашел тот диск?!

— Выходит, он, — согласился Шини.

— Черт!.. Нельзя ему говорить, что диск у нас!.