— Как этот парень поддерживает связь с материком?

— У него передатчик, вмонтированный в радиоприемник.

— Предположим, что тому типу удалось связаться с Ортегой?

— Тогда мы тут же узнаем об этом. Агентство потребовало, чтобы станция Нэвал на Ки-Уэст прослушивала все частоты, чтобы засечь радиопередачу, и тут же передавала нам информацию. Так как Ортега вряд ли заподозрит что-либо подобное, они не будут пользоваться кодом, но, даже если и применят его, ВВС уже приготовили свои криптографы.

— О'кей. Нам остается только примириться с этим. Кто он такой и в каком номере поселился?

Мгновение Ким колебалась, затем сказала:

— Луи Рондо. Номер 203. Он занимается импортом-экспортом и является нашим резидентом уже восемь лет. После первичной проверки полицией его здесь приняли, и он ведет законный бизнес к своей выгоде. Его никогда не подозревали в том, что он заброшен сюда нашим правительством. Два года назад он женился на местной, но она умерла год спустя от рака.

— Ну что же, неплохо.

— Ну и каковы твои планы? — спросила она.

— Сначала мне нужно проводить отсюда Лизу Гордо. Это нанесет чувствительный удар по Сабину, который рассредоточит свои силы, пытаясь ее вернуть. Чем тоньше будет этот веник, тем легче нам действовать.

— А если не сработает?

— Сначала нужно попробовать. Мы все это время играем на слух. Если и возьмем фальшивую ноту, она затеряется во всеобщей неразберихе.

Ким протянула с несколько кислой миной:

— Твой дельта-бизнес процветает. Нашей главной целью был Виктор Сейбл, может, ты уже забыл об этом?

— Не надо сарказма, — ответил я. — Все, что нам остается, — это ждать.

Затем я обрушил на Ким последние новости и наблюдал, как она их усваивает. Ей потребовалась дополнительная информация о Джоуи Джолли, но я ответил, что это ее совершенно не касается.

Но Ким это не устраивало. Улыбка скривила уголки ее рта, и она сказала:

— Ты не должен разыгрывать передо мной спектакли, Морган. Ты предпринял изощренные усилия, чтобы я поверила, будто тебя несправедливо обвинили, — но никакого толку не добился.

— А что, если это правда?

Она многозначительно пожала плечами:

— Зачем думать об этом?

— Тебе еще многому нужно научиться, детка, — заявил я. — А теперь давай закончим этот фарс с медовым месяцем и забудем обо всем. Если все пойдет правильно, завтра у нас тяжелый день.

Я подошел к радио и выключил его, чтобы мы могли разговаривать обычными голосами.

— Пора в постельку, куколка?

В ее голосе чувствовалась улыбка, которой не было на лице.

— Чудесная идея.

Ким прошла в спальню, швырнула мне подушку и одеяло и захлопнула дверь.

У стойки выстроились очереди гостей, требующих места на ближайшие рейсы. Вокруг столов тоже собрались толпы тех, кто решил остаться, наплевав на возможные последствия.

Мы с Ким молча завтракали в Континентальной гостиной; за соседним столиком расположился желтолицый мужчина, из-под его слишком тесного костюма выпирал пистолет, тип старательно прятался за газету. Когда мы закончили, Ким объявила, что ей нужно кое-что купить, я ответил, что пусть она займется покупками, а я еще разок попытаю счастья за столом с крепом. Я оплатил счет, и, когда мы поднялись, хвост решил последовать за Ким, рассчитав, что в казино и так достаточно соглядатаев.

Именно на это я и рассчитывал. Пока я нахожусь в поле их зрения, они не двинутся с места, позволяя мне свободно фланировать.