Я сделал вид, что не замечаю его, когда он придвинулся поближе ко мне и заказал выпить. Наконец он не выдержал, повернулся ко мне и спросил:

— Хорошо проводите время, сеньор?

— В какой-то степени, да.

— Мы давно не видели вас у столиков.

— Мне было нехорошо. — Я даже затрясся, чтобы подтвердить свое высказывание. — Мне нужно было на воздух. Сейчас чувствую себя гораздо лучше.

Он был так рад видеть меня снова, что не стал углубляться в подробности.

— Может, вам лучше поспать?

Я осушил стакан и поставил его обратно на стойку.

— Может, вы и правы.

Я пожелал ему спокойной ночи и пошел к лифту. В стекле, под которым висело расписание рейсов, я увидел его отражение — с телефоном в руках: он готовился позвонить охраннику на моем этаже, предупредить, что я поднимаюсь.

Как только я нажал кнопку вызова, тут же раздался вой сирены, расчищающий путь к центральному входу. Четверо посыльных прервали свою беседу возле стойки и бросились к дверям. Несколько человек, ожидавших лифт, отступили назад, чтобы посмотреть, из-за чего началась такая суматоха. Двери распахнулись, и в гостиницу вошли четверо мужчин в сопровождении нескольких решительных и деловитых женщин, за которыми посыльные везли красно-белые ящики.

Мужчина рядом со мной сказал:

— Наконец они приехали.

— Кто?

— Медики-добровольцы из Майами. Они организуют здесь полевой госпиталь. Единственное, чего не хватает этому месту, — достаточного количества врачей. Эти парни настроены решительно. — Он подмигнул мне. — Но медсестер они могли бы найти посимпатичней.

— Что они здесь делают?

— Вы слышали последний прогноз?

— Черт, вы правы. Эти типы пытаются развернуть его назад, но кто-то пустил слух, что он гораздо ближе, чем мы думаем. Я рад, что скоро уберусь отсюда. Этот ураган наделает хлопот.

— Следующий рейс последний. После него наступит перерыв.

— Вы уверены насчет последнего рейса?

Мужчина серьезно покачал головой:

— Проверьте у стойки. Все остальные рейсы отменены. — Он с любопытством взглянул на меня: — Вы в списке пассажиров?

— Нет.

— Круто, — хмыкнул он.

Я взглянул на проходившую мимо группу медиков, их лица были профессионально сосредоточенны. Одному из них было около двадцати, остальные давно миновали средний возраст. Всем женщинам было за тридцать. Но один из мужчин, несмотря на суровое выражение, не являлся врачом. Его дорогой серый костюм был хорошо пригнан по крупной фигуре, поля мягкой фетровой шляпы бросали тень на глаза. Через руку небрежно и привычно был перекинут плащ, что не только выглядело вполне естественно, но и позволяло держать ладонь на пистолете, который был всегда при нем. Он не спешил. В этом не было нужды. Тот, за кем он приехал сюда, был по-прежнему здесь и не собирался уезжать.

Я про себя произнес его имя, чувствуя, как оно перекатывается у меня на языке, и примерился к ощущению, как я буду убивать его. Мужчина был Вайти Тэссом.

На пятом этаже я вышел из лифта один и пошел к своему номеру. На противоположном конце коридора одинокий охранник изо всех сил старался выглядеть частью декора; увидев меня, он повернулся и продолжил свою бесцельную прогулку. Я постучался, услышал испуганный вскрик и шаги по направлению к двери. Придушенный голос спросил:

— Кто это?

— Морган. Открой дверь.

Джоуи Джолли был вне себя. Его лицо было совершенно бесцветным, а руки слишком тряслись, чтобы закрыть замок, так что мне пришлось сделать это самому. В комнате из радио гремела громкая, веселая музыка.