|
По четыре шеврона досталось полковникам, и так далее, до лейтенанта. – При всех – только на «вы», – напомнил Кузнец и шагнул в освещенную штабную палатку. Кузнецу стоило огромных усилий приучить этих людей к порядку. Порой он скрежетал зубами в бессильной злобе. Многие показали себя отменными бойцами, но ни в какую не желали соблюдать субординацию. Его авторитет значил много, особенно после театрального представления с крысами, но гораздо важнее дисциплины для них было мнение родовых старейшин и местных жрецов. Более-менее он мог положиться на падальщиц, поскольку сестры спешили к ним со всех концов острова. Сектанты Соко Гаккай и примкнувшие к ним мелкие группы еще накануне оповестили о своем уходе. Они выбрали себе на жительство другое Вечное Пожарище, обещанное Кузнецом. Их новая вотчина была вчетверо крупнее прежней, находилась вдали от запретных городов и не интересовала императора. – У вас очень усталый вид, Артур-сан, – сказал на прощание президент Обути. – Мне неприятно, что мы не можем сопровождать вас дальше, но эта вода и эта пища не для нас. Многие наши дети уже болеют. Я благодарю небеса за нашу встречу, за то, что вы охраняли нас. Я встретил истинного полководца и благородного человека. Вечером Артур с грустью смотрел, как повозки буддистов покидают громадный лагерь. – Ты не сказал Обути, что рано или поздно всем Вечным Пожарищам придет конец, – тихо шепнула императрица Ай. – Он умный человек и сам все понимает, – вздохнул Артур. – Надеюсь только, не мне достанется честь травить их вакциной. – Мы тоже не тронем их, – пообещала падальщица. – Мы знаем, каково это – жить среди общей ненависти. Когда лес расплавит проклятые города и в Японии воцарится покой, мы сохраним одно Пожарище для Соко Гаккай. Артур не стал спорить насчет перспектив всеобщего покоя. Он не сказал крысиной императрице о своих главных тревогах, ни накануне, ни сегодняшним утром. Он решил, что вначале послушает мнения начальников. Очередной военный совет начался в полночь. Заварили чай. За креслом командующего расположилась гейша-переводчица. Посреди палатки поставили полированный круглый стол, конфискованный в ближайшем поместье. Вокруг стола с картами уже расселись недавно назначенные старшие офицеры. Задняя стенка палатки была откинута, чтобы в заседании могли участвовать желтые братья. Естественно, Маро и Мико ни в один зал заседаний пролезть бы не смогли. Едва командующий звякнул в колокольчик, в палатку впустили дозорных с донесениями. Артур с тоской следил за их поведением. Один расшаркивался, другой ковырял в ноздре, третий остолбенело разглядывал Проснувшегося Демона, четвертый искал, где бы присесть. У Артура чесались руки всех их построить, задать хорошую взбучку и дрессировать до тех пор, пока не научатся ходить по струнке. – Русские наемники снова рубили лес там, где запрещено. Подрались с гномами, требовали водки. – Портовым нужна другая вода, три десятка их легли в ручей и не встают. Говорят, им обещали, что пойдем вдоль реки. – Посыльный от инженеров Сумитомо. Спрашивают, где им брать детей для обучения на наездников? В запретном городе люди Юкихару ловили для них нищих… – Люди от банды Медведей. Кричат, что хотят получать золото, как русские. Отказались выходить в наряды по лагерю. Кричат, что Проснувшийся Демон хочет стать новым императором… – Местные крестьяне отказались выделять рис. Продовольствия у нас на три дня. Если не купим риса и овощей, придется резать быков. – Заявление от химиков Асахи. Говорят, что без специального оборудования им не починить рабочих-уродов. Требуют, чтоб им выделили охрану и машины для возвращения в Токио. Кузнец слушал, прикрыв глаза. |
