Правильно говорят, что сходятся лишь противоположности. Маленькая, энергичная, шебутная Рейко, вызывающая у меня умиление и желание заботиться, заставляла уважать её собственные желания, даже если они шли вразрез с моими убеждениями. Узурпатор Эфира же наоборот, каждым своим решением и словом, как будто провоцировал меня на резкий негативный ответ. Надменный, категоричный, скрытный и… что омерзительнее всего, постоянно правый.

Всегда. В подробностях рассказывая собравшимся пилотам о том, как проходил мой бой с бульдогоподобным «пожирателем городов», я не мог отрешиться от мысли, что это в маге бесит больше всего. Раздражает и восхищает. Он, этот полупрозрачный синий призрак, лучше всех вокруг знал, что нужно делать тому или иному существу для конкретного результата. Или вообще. Даже как то само по себе пришло понимание, почему Шебадд Меритт позволил Царю Обезьян просто прохлаждаться в маленькой японской долине с его подданными. Если так подумать, то это было идеальное времяпрепровождение для такого божественного оболтуса… пока не возникнет нужда бить горшки и устраивать бедлам.

  То есть, ближний бой, на который мы собирались сделать ставку, невозможен,   мрачно заключил Первый, сутулый и покашливающий блондин лет сорока,   Очень пе…

  Подождите,   нахмурился я,   Какой ближний бой, о чем вы?

  Просьба русских,   пояснил мне англичанин под номером «шесть»,   Без запаса миазмы вся эта дрянь побежит в их города на север. Сами понимаете, сэр. Нас убедительно попросили их ликвидировать. Мы планировали напасть сзади на полном ходу и попытаться рассечь как можно больше канистр вместе с ребрами…

  Вас просил полный кретин! – тут же зло отрезал я,   Даже одна тварь для нас семерых представляет нешуточную угрозу, вы скоро сами в этом убедитесь, но, что уже хорошо – сделаете с достаточно большой дистанции!

Еще раз тщательно описав все тактико технические характеристики того приснопамятного бульдога, которого удалось одолеть лишь путем отрезания ему лап и прожаркой оставшегося молниями (скрывать правду о Рейко я не стал, надеясь предоставить слушателям максимально полную картину), я оставил озадаченных людей, удалившись к своему доспеху. Третий, всё это время маячивший на солидном расстоянии, неспешно приблизился к лагерю, а я, убедившись, что фокусов от этого пилота можно не ожидать, посвятил оставшееся до сна время ужину и жене.

Спать в хорошо проветрившейся капсуле оказалось на удивление легко и приятно. А с утра у меня случился долгий мысленный диалог с призраком мага, который хоть и без всякого удовольствия, но начал отвечать на мои вопросы. Наверное, это было наше первое общение, более менее похожее на человеческий диалог, а не неохотное разъяснение инструкций и общей политики партии.

Шебадд Меритт был социопатом похуже меня. Откровенно не понимающий людей, крайне далекий от тех потребностей и страстей, что формируют человеческий характер, он действовал всю жизнь в тех нормах и рамках, которые однажды установил себе в качестве принципов. В первую очередь, это была, как ни странно, презумпция свободы. Каждый, с точки зрения великого мага, был совершенно свободен в своем выборе – как жить и чего добиваться. Поэтому, когда Узурпатору Эфира что то требовалось от разумного существа, то он великодушно предлагал ему выбор – сделать то, что нужно… или пострадать.

Как говорится, твоя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого.