Всё это я понял позже, когда вылез из под изрядно потрепанной туши дохлого медведя, которой и прикрывался, подтащив последнюю к скале. Окинув взглядом развороченную дымящуюся землю, окровавленный, грязный и воняющий потрохами медведя я тут же припустил со всех ног куда подальше, на всей возможной скорости. Оказалось, что я могу развивать невероятную скорость, когда от чего то драпаю со всех ног. Если бы не одежда и постоянно попадающиеся на пути стволы деревьев, то скорость была бы даже выше, но и так она была достаточно большой, чтобы от встречного ветра у меня начали слезиться глаза.

  Дерь мо…,   выдохнул я, садясь на поваленное дерево и потянувшись к портсигару. Рука до него не дошла. Прямо перед моим носом, буквально в паре сантиметров, внезапно оказалось прекрасно знакомое мне лицо. Существо стояло, заложив руки за спину и согнувшись в поясе так, чтобы смотреть мне глаза в глаза.

  Считай это легким намеком, Алистер Эмберхарт,   процедил Дарион Вайз,   Легчайшим намеком на то, что отказ от моего предложения будет иметь последствия! Даю тебе три дня. Думай. В следующий раз медведя не будет.

И исчез перед тем, как я успел издать хоть один звук.

Полное дерьмо.

Человек, что необходим в союзники, устраивает мне артиллерийскую засаду. Единственный демон этого мира, хлебающий силу и власть полной и единственной ложкой, выставляет мне ультиматумы. Время не терпит, а запасных планов нет. Я не знал, какое участие принял Дарион Вайз в столь радикальном ответе Инганнаморте, но подозревал, что самое деятельное. Кажется, Узурпатор Эфира фатально ошибся, заключая сделку с синекожим, у которого теперь свои планы на этот мир.

Что же, вызывать Сунь Укуна, чтобы он приволок сюда магистра, бросив его мне под ноги, совсем не вариант. Вряд ли кто то из помощников Шебадда Меритта сможет сделать это незаметно, а у меня уж точно нет аргументов, гарантирующих переубеждение старого киборга. Нужно отступить.

На «Благих намерениях», принайтованных нами к самой земле в роще, тоже было не всё хорошо. Это я понял по виду сильно помятого Чарльза Уокера, сидящего у дирижабля с автоматом. Под левым глазом у моего дворецкого расплывался знатный синяк, губы опухли, а форма своим видом намекала, что англичанин подрался с крупной разъяренной кошкой. Причем, как оказалось, только что.

  Прошу прощения, сэр,   прошепелявил, вставая, дворецкий,   Мисс Праудмур… сбежала.

  Вы целы, мистер Уокер? – осведомился я, оглядывая окрестности с револьвером в руках.

  Да, сэр. Это… мелочи.

  Тогда срочно поднимаемся в воздух. Всё остальное потом. Нам нужно покинуть этот район, а перед этим – убрать «Крысобоя» с видного места.

На это занятие пришлось потратить несколько часов. Перебазировав и хорошо замаскировав немецкое чудовище, скрывающее внутри английский СЭД, я чуть не надорвался, вытягивая и активируя двух из трёх «Григориев». Отдав русским машинам команду охранять доспех в неподвижном режиме, тут же вернулся назад на дирижабль. И только после того, как на полном управлении отогнал «Намерения» чуть ли не в Крым, нашел время поговорить со слегка отошедшим дворецким. История, рассказанная им, меня не удивила.

  Мисс Праудмур напала очень неожиданно, сэр,   рассказывал Чарльз,   Она не собиралась мне навредить, как понимаю, просто лишить сознания с помощью пропитанной каким то препаратом тряпки. К моему прискорбию, она подгадала очень хороший момент, поэтому нейтрализовать её сразу я не смог, лишь откинуть в сторону и принять стойку для боя.